– Как только эти типы войдут, мы бросимся на них, повалим и сбежим, – с холодной решимостью, которой я раньше за ним не замечал, заявил он. – Шари, ты будешь приманкой. Ляг на пол и притворись тяжело больной.
План не самый оригинальный, и я боялся, что от стресса Шари нечаянно превратится.
Кивнув, я стал лихорадочно озираться в поисках оружия. Тяжёлых твёрдых предметов, увы, не нашлось, а стоящей в углу шваброй уже завладел Крис.
Но тут я вспомнил, какой отвлекающий манёвр применила во Флоридском заливе девочка-пеликан Дейзи (вывалила неприятельнице на голову всю рыбу из горлового мешка), и, схватив стеклянный контейнер с белыми мышами, ослабил крышку.
На меня удивлённо уставились двадцать пар глаз-бусинок.
Шари бросилась к раковине, включила воду, намылила руки и облизала их. С внушительной пеной у рта она упала на пол, скрючилась и прижала руки к животу. Надеюсь, она только притворяется! Можно ли отравиться мылом?
В замке повернулся ключ. Мы с Крисом быстро и ловко, как умеют только звери и оборотни, заняли свои посты у двери.
В моём случае – диагонально над дверью: я забрался на высокий металлический холодильник, стоящий у входа.
Вообще-то мы планировали застать противников врасплох. Но я сам испугался, узнав того, кто вошёл в помещение перед Сергеем: рыжеволосого типа с плохими зубами, который передал мне в Майами кролика Пушка́ номер два. Чёрт, у него пистолет!
– Что здесь… – начал он, увидев Шари.
Крис с воинственным кличем, от которого у меня чуть не лопнули барабанные перепонки, а у десятка тысяч кормовых животных началась паника, обрушил швабру на голову и запястье рыжего, выбив у него из руки пистолет.
В это время я вывалил на вооружённого ножом Сергея мышей, солому и кормушку из клетки. Два десятка грызунов, испуганно пища, забегали у него по волосам, забрались под футболку и заметались по полу. Одна мышь даже балансировала у Сергея на носу. Как и я, она вряд ли ожидала увидеть здесь Малу. Кобра, обвивающая плечи Сергея, заметив мышей, начала охотиться. Изощрённо ругаясь, Сергей стряхнул в одну сторону мышей, а в другую – беззубую кобру.
В этот момент я прыгнул на Сергея с холодильника и повалил его. Он сам чуть не порезался, однако нож из руки не выпустил. Ситуация явно чрезвычайная – даже мисс Уайт наверняка бы со мной согласилась.
Превратив зубы в акульи, я укусил его за руку.
Сергей взревел, а я, собрав все силы тигровой акулы, толкнул мускулистого кривоногого негодяя на стеллаж со стеклянными клетками высотой до потолка.
