Ну ты и ведьма!

 – Как же я теперь без своей ученицы?

– Ты сможешь ее навещать, в чем сложность? – спросил Йенран, не оборачиваясь к собеседнику.

– А можно я назову вашего первенца?

Йенран замедлил шаг, поразившись наглости духа.

Это он еще не привык, вскоре пожалеет, что бросался неосторожными разрешениями, но затем смирится. Чейл нахальный, зато никогда не бросит в беде."

"В храме пахло цветами и медом, и тоже было светло. Несколько подруг матери, из числа тех, кто готовил торжество, стояли у чаши хрустально сверкающего фонтанчика.

Кашлянув, я тихо спросила у жениха:

– А моих родителей ты не нашел?

– Нашел, – ответил он и почему-то покраснел.

К беломраморной чаше фонтана подошла пожилая жрица.

– Мы собрались здесь, чтобы засвидетельствовать союз двух душ…

Шум позади. Я обернулась.

В храм торопливо влетели магистр Торвеола и Старшая ведьма поселения.

Родители выглядели несколько… кхм, помято, но счастливо.

Все, они здесь, можно выдыхать.

Жрица неторопливо провела церемонию, дала испить меда с полынной горечью, которую я почти не почувствовала, и окропила водой.

Над фонтаном тотчас зажглись сразу два золотых огонька – и Судьба, и богиня Мать одобрили наш союз. Красивые брачные узоры украсили наши руки.

Когда Йенран нежно поцеловал меня, я испытала настолько сильное счастье, что захотела поделиться им с миром.

Архольм должен очиститься от влияния запертого в нем Хаоса, а ведьмы – все женщины! – получить шанс на счастье.

«Так и будет», – шепнул Вечный.

Чуть позже, когда незамужние ведьмы по традиции примеряли мою шляпу, чтобы понять, как быстро выйдут замуж, мать заговорщицки прошептала:

– Девочки, мы неправильно отстаивали свои права. С магами не нужно бороться… их нужно в себя влюблять и от души влюбляться!

Бегавший под ногами в форме бурундука Чейл весело запищал:

– Даешь каждой ведьме по магу! Ур-ра-а!

Эпилог

Боли я почти не чувствовала – Источник не позволил. Да и восстановилась почти мгновенно и уже минут двадцать просто плавала в мерцающей воде.

Быть хранительницей – не только обязанности, но порой и удивительные, как говорил Чейл, плюшки с орешками.

Я отчаянно трусила выйти из храма и сейчас попросту набиралась смелости, чтобы показаться собравшемуся у ворот народу.

Это же надо было так попасть – начать рожать на центральной площади Чарополя! Меня скрутило в первой схватке, а кто-то решил, что хранительница помирает.