Ну, здравствуй, Герой!

Долина и без них получилась более, чем ценной: «духанница» принялась и уже активно начинала осваивать холмы, в которые «убежала» с той делянки, которую я ей определил; деревья-великаны так же взошли и уже вымахали в высоту в три моих роста, притом, что по ним было видно, что это ещё не более, чем «проросток», что им даже до «тростинки» ещё далеко, не то, что до взрослого дерева. При этом, тонкие (пока ещё) лианы «левении» уже оплетали их светло-зелёные стволики, нежно, бережно, с любовью и лаской — сразу видно, что не паразитические у них отношения, а самый, что ни на есть, симбиоз.

Я вишу в толще озёрной воды. Ночь. Нулевую плавучесть обеспечивают утяжелители на поясе из камней, зашитых в мешочки и нацепленных на кожаную полоску ремня. Меня не опускает вниз, но и не выталкивает из воды. Сам я вишу на глубине примерно двадцати метров над центром озера. Возможно, меня медленно вращает вокруг собственной оси моего тела, но только возможно — у меня нет в этом уверенности. Я не чувствую этого движения.

Мне хорошо, комфортно, приятно и спокойно. Я медитирую. И даже что-то получается. Не первый раз уже. Результаты не такие прорывные, конечно, как на оригинальном «Звёздном озере», расчета на прорывы и не было, но что-то такое получается. «Прокачивается» — с каждым разом получается входить в нужное состояние быстрее, оставаться в нём дольше, погружаться глубже…

Напрягал только один момент… Я открыл глаза — вся моя фигура, всё моё тело вновь было объято прозрачным, мертвенно бледным пламенем.

На глубине двадцати метров от поверхности. Пламя…

Собственно, это пламя и было одной из причин… хотя нет, скорее поводов, загнавших меня на медитации именно в озеро. После четырёх начавшихся и еле затушенных мной пожаров во время медитаций на берегу, я пришёл к «погружной» технике — она была безопаснее.

Это пламя… меня оно не обжигало совершенно. Да и вообще — было холодным и практически нематериальным. Однако, при контакте с материальными объектами окружающего мира, такими, как трава, опавшие листья, кусты, деревья, было способно поджечь, воспламенить их.

В воде же такого казуса не происходило: пламя возникало, но вода от него не нагревалась и не начинала кипеть либо гореть. Пламя просто было.

Сначала, пламя было лишь вокруг ладоней и было достаточно маленьким, слабым… сейчас же — пылало всё моё тело.