Обережник

Строй должен был сделать слаженный шаг вперёд и удар. Шаг вперёд и удар. Затем поворот на девяносто градусов и опять: шаг вперёд и удар. Вроде бы ничего сложного, но когда это делают разом девять мужиков с разным оружием и разного телосложения, получается очень даже непросто.

Это Шибрида, один из матёрых варягов, смачно хлопнул Данилу по заднице:

– Чего зад отклячил, как блудящая девка? Хочешь, чтобы тебя поимели? И не надейся: из такого безмозглого полудохлого тюленя сделают трелля, который отхожие ямы будет чистить.

Данила, чтобы избежать очередного шлепка, быстро подобрался в шеренге. А перед строем прохаживался двоюродный брат Шибриды – Клек, который тоже умел будь здоров выдавать триады в отношении замешкавшихся бойцов. Причём такие, что реплика Шибриды в отношении Молодцова могла показаться похвалой. За этот долгий день Данила вообще узнал о себе и соратниках много нового.

Оба брата, гонявшиеся молодняк «по воздуху», выглядели настоящими скандинавами. Здоровенные, рыжие, голубоглазые. Только бороды в косицы не заплетали, потому что бород не носили, а лишь длинные рыжие усы. Перечить таким громилам никто из обучаемых не решался, тем более «кураторы» делали замечания только по делу.

С восхода до полудня строй из девяти купеческих охранников выписывал кренделя на пристани рядом с ладьёй, благо места требовалось немного: три шага, поворот, три шага, поворот.

Первый ряд состоял из пяти человек с короткими секирами и щитами. Делая шаг, этот ряд слитно выбрасывал щиты вперёд, затем воины чуть поворачивались и наносили удар влево. Там по идее должен был находиться правый, не защённый щитом бок воинов «вероятного» противника. Но главной ударной силой был второй ряд из четырёх воинов (в нём и стоял Молодцов), вооружённый шестами, изображавшими копья. Именно они должны были постоянными атаками не подпустить противника к первому ряду, измотать его и заставить сломать строй.

Клек авторитетно заявлял, что строй таких больных тугодомных коз, какой безвольно телепается перед ним, он порубит меньше чем за десять вздохов. И у них, скудоумных отпрысков ледащих сук и лишайных козлов, сегодня будет шанс увидеть, что это не пустая похвальба.