Топкое, гнилое болото — вот что ждало меня впереди."
"Первоначальная истерика от столкновения с жестокой правдой прошла. Я перестала плакать, но впала в совершеннейший ступор, и какое-то время могла лишь сидеть с расширившимися от ужаса глазами и смотреть прямо перед собой. Всё!
Тело крупно трясло в непрекращающемся ознобе. Сознание блёклыми вспышками отмечало какие-то злые слова матери, бабкины причитания и изменения в моей комнате, которые я совершенно не заметила, когда вернулась домой после своего идиотского побега за мечтой.
Я была в такой эйфории, что не видела ничего дальше собственного носа, повизгивая от восторга.
Ну надо же, сам Ярослав Басов предложил мне поддержку, опору и ключ от собственной квартиры. Чума? Чума!
А теперь я наконец-то прозрела.
Полки пустые. На столе нет моих тетрадей и стакана с цветными карандашами. Со стены пропали все грамоты, подаренные мне за успехи в учёбе ещё в прошлой школе.
Шифоньер тоже оказался пуст, лишь голые вешалки отчаянно поскрипывали на металлической штанге.
Как это всё прошло мимо меня? Наспех схватила со стула висящую там сменную одежду и на том успокоилась? А теперь, что получается?
— Мои вещи в тех коробках, да? — прохрипела я и кивнула в сторону гостиной.
— Нет, — рубанула мать.
— Специально их спрятала, чтобы меня не отпускать, что ли? — горько усмехнулась я и покачала головой.
В ответ на эти слова мать только зло зыркнула на меня, а я от неё отвернулась, снова окунаясь в густой протухший кисель из воспоминаний. И всё плавала в нём, казалось бы, бесконечно прокручивая в голове всё то, во что я так эпично вляпалась.
Как красиво, чёрт возьми! Как красиво каждый из этих монстров меня развёл. И я бы, если бы внутри меня не кипела серная кислота, даже поаплодировала стоя всем своим обидчикам за каждый их чётко-выверенный ход на доске этих жестоких жизненных шахмат.
Ведь я всё верила, верила, верила, что на шаг впереди... Боже, нельзя быть такой хронической дурой!
Нельзя!
— На вот, переоденься, Вера. И быстро! Нас уже машина ждёт.
Не сдвигаюсь с места ни на миллиметр. Не могу. Не хочу. Не буду!
— И кончай реветь! — с удивлением прикасаюсь к щекам и чувствую солёную влагу. — Уже всё, наделала делов.
