Обещай мне

 – Что касается тебя и Кита, нет никакой необходимости прерывать ваше пребывание в Галлс-Нест. Оставайтесь с леди Августой до четверга, потом возвращайтесь в Чиппингельм. А теперь я тебя оставлю. Мне нужно распорядиться, чтобы уложили вещи.

Он вышел. Филиппа беззвучно плакала, говоря себе, что с самого начала ожидала чего-нибудь подобного. Непредсказуемый герцог Уорбек был все равно что заряженное ружье, способное выстрелить в любой момент и без всякого предупреждения. Было ясно одно: рано или поздно ей предстоит остаться в одиночестве.

– Его милость герцог Уорбек, – объявил дворецкий. Клер Броунлоу приняла позу, казавшуюся ей наиболее подходящей: с иглой в руках, за вышиванием, как и положено невесте, проводящей дни в разлуке. Как удачно, думала она, что он застал ее в одном из тех утренних платьев, которые особенно шли ей. Буквально пять минут назад мать похвалила ее наряд, сказав, что бледно-розовый шелк выгодно оттеняет голубизну глаз.

Уорбек был одет в строгий костюм для утренних визитов, и она в очередной раз отдала должное его вкусу.

– Итак, наш странствующий рыцарь вернулся, —констатировала Клер с неодобрительным смешком. – Можно узнать, что послужило тому причиной, мое письмо или неотложные дела?

– И то, и другое в равной мере, – невозмутимо ответил Уорбек. – Как бы то ни было, я перед вами.

Он устроился в кресле, вытянув ногу и положив трость так, чтобы была под рукой. Все это время Клер продолжала вышивать, надеясь, что ее поза и движения выглядят безмятежными.

– Как это ни печально, Лондон полон разного рода слухов. Отец и матушка очень подавлены. – Она подняла взгляд от пялец в ожидании поспешных и многословных извинений.

– Мне очень жаль, дорогая Клер. Когда стало ясно, что Уорбек ничего к этому не добавит, Клер подняла бровь, выказывая удивление.

– Неужели мне придется напомнить, милорд, что я согласилась принять ваше предложение только тогда, когда вы пообещали мне изменить ваше поведение.

– И я сдержал слово. Клер. – При этом он имел нахальство издать короткий смешок, словно нашел нечто забавное в ее упреках. – За последние шесть месяцев мое имя ни разу не появлялось в колонке светских сплетен. Ни одного публичного скандала, ни одной дуэли, ни одного крупного карточного проигрыша.