Обещай мне

Филиппе казалось, что ее вот-вот подвергнут публичному избиению камнями.

Слезы навернулись на глаза, но она вонзила ногти в ладони и сдержалась.

– Нет, милорд, я отдаю себе отчет в том, что сама навлекла на себя теперешнюю участь, – произнесла она, с трудом шевеля пересохшими губами. – Но мне равно не нужны ваша помощь и ваши проповеди. Я сумела сломать свою жизнь – сумею и наладить ее без вашего участия. Прошу вас удалиться.

– Ах, так? Что ж, сражайся в одиночку, – прорычал Корт и отступил на пару шагов, заложив руки за спину.

Он был очень сердит, и во взгляде, скользившем по лицу Филиппы, не было ни капли прежнего тепла. – Я только хочу знать, стоил ли того твой роман с Сэнд-херстом.

На этот раз она не смогла удержаться от слез. Ее ненависть к Корту была в этот момент так сильна, что она хотела одного – уязвить его как можно больнее.

– Я воспитана в приходском пансионе, милорд, но я никогда не была настолько наивна, чтобы не сознавать последствий, которыми чревато для замужней женщины бегство с любовником.

 – И знаете, что? Если бы вернуть прошлое, я снова сделала бы то, что сделала.

Она отвернулась и облокотилась на перила балкона, глядя на месяц сквозь пелену слез. За спиной она услышала постукивание трости: Корт возвращался в бальную залу. Небо было в звездах, но Филиппа не видела их, чувствуя только мучительную боль в груди. Возможно, это означало, что сердце ее разбито.Две недели спустя после бала в «Рокингемском аббатстве» Корт сидел в кабинете Уорбек-Кастла и с величайшим нетерпением ожидал Эмори Фрая, который должен был прибыть с минуты на минуту.

Сыщик прислал депешу из Дувра, сообщая дату своего предполагаемого появления в Чиппингельме. Чем дальше, тем невыносимее становилось для Корта ожидание. Наконец он поднялся и прошел к окну. Все окна в кабинете были распахнуты настежь, из сада доносился густой аромат роз. Корт хмуро уставился на розовый куст, покрытый великолепными алыми цветками. Что за новости ожидают его? В депеше Фрая не было ни единого намека на результаты расследования.

Благодаря скандальной выходке Хестер Боуринг провинция снова бурлила сплетнями и пересудами. Были вытащены на свет Божий и оживленно обсуждались обстоятельства развода супругов Шелбурн, на чердаках раскапывались груды старых газет в поисках сведений на этот счет. Корт знал, что это пошатнет его положение, только-только начавшее упрочиваться. Пресса не была добра к нему в период слушания дела о разводе.