Обещай мне

Оставалось написать ему письмо, что она и сделала на другой день. Она заверяла, что глубоко тронута и польщена его вниманием, но считает нечестным далее его поощрять. Она давным-давно решила посвятить свою жизнь воспитанию детей и потому покор-нейше просит не наносить больше визитов в лиллибриджский пансион. Слеза не раз трепетала на кончиках ресниц, но Филиппа приняла все меры, чтобы на бумаге не осталось пятен и ее истинные чувства не были выданы.

Отправляя письмо, Филиппа никак не ожидала, что увидит своего адресата уже на следующий день.

– Кто он? – лаконично осведомился лорд Уорбек и впился в Филиппу ледяным взглядом серых глаз.

– Он? – переспросила Филиппа озадаченно.

– Счастливец, сумевший завоевать ваше сердце, – пояснил Уорбек.

– Я не понимаю…– пролепетала Филиппа, окончательно сбитая с толку. – О чем вы?

– Вот о чем! – он вытащил из кармана письмо, выглядевшее так, словно оно было яростно скомкано, а потом снова расправлено. – Я получил это около часа назад!

– В письме я не упоминала ни о каком счастливце, якобы завоевавшем мое сердце! – запротестовала она.

Испытующий взгляд Уорбека так и впился в ее глаза. Должно быть, то, что он увидел, убедило его в ее искренности. Словно по волшебству выражение его лица и глаз смягчилось, пальцы разжались, и мятый листок упал на пол, забытый.

– Прошу меня извинить, – произнес он тихим, полным раскаяния голосом. – Все дело в моем болезненном самолюбии, мисс Мур. Когдая понял, что не нужен вам, то немедленно предположил, что причиной тому ваши нежные чувства к другому.

Филиппа почувствовала, что ей не хватает воздуха. Бог свидетель, у нее и в мыслях не было обидеть его! Истина была в другом, ужасная истина: она не просто увлечена, она была влюблена в этого человека – но у этой любви нет будущего.

– Я не писала, что вы не нужны мне, – прошептала она, надеясь, что сумеет удержаться от слез. – Почему вы решили, что я отвергаю вас из-за ваших недостатков? Даже если вы сплошь состоите из них, я об этом ничего не знаю.

Уорбек оказался рядом так стремительно, словно исчез в одном месте и возник в другом.

Филиппа поняла, что придется сказать всю правду, зажмурилась и сделала глубокий вдох.

– Дело не в вас, лорд Уорбек, – – начала она бесцветным голосом, – а во мне.