Обещания и Гранаты

афера) Так по взрослому и не характерно для тебя и все ради своего маленького угодника.

Я ощетиниваюсь от снисходительности, исходящей из ее слов.

— Я не умею угождать людям.

— Ты такая и есть. Не то чтобы кто-то из нас винил тебя; мы все выбрали те защитные механизмы, которые лучше всего работали против Папы. Так получилось, что твой путь оказался путем наименьшего сопротивления.

Усмехнувшись, я тянусь за сливой, вынимаю ее из миски и вгрызаюсь в пурпурную мякоть.

— Ну, папа был недоволен тем, как прошел день моей свадьбы, это точно.

— О, Боже, — стонет она, откидывая голову назад. — Он действительно украл тебя у Матео, как и сказала мама. Что у него есть на тебя и как я могу помочь вырвать тебя из его лап?

— Господи, Ари, — говорю я, капли пота стекают по линии волос и прокатываются по спине. — Ты говоришь о нем как о каком-то суперзлодее.

— Так и есть! Не делай вид, что вдруг забыла все слухи о нем или сплетни, которые мы привыкли слышать от мамы и ее сестер.

Но даже Аид украл жену.

Проглотив кусочек сливы, я снова оглядываю дом, его абсолютная пустота эхом отдается вокруг меня, как огромная пещера, заброшенная человеком. Как иногда кажется, что ночью температура падает, как будто его призраки выходят поиграть, когда мы должны спать.

Может быть, это то, что она имели в виду.

Все люди в мире мафии страдают от своих демонов.

— Знаешь, — медленно говорю я, откусывая еще один кусочек фрукта. — Я помню, ты упоминала, что хотела бы встретиться с Кэлом на рождественской вечеринке.

— И? Трахаться с кем-то и выходить за него замуж — это две разные вещи, Е. Ты бы знала это, если бы была с несколькими людьми. — Сделав паузу, ее глаза на мгновение остекленевают, как будто она погружается в свои мысли, а затем в следующую секунду перефокусируются.

— Что? Это был твой первый раз, если предположить, что то, что папа сказал о тебе и Матео, было правдой. Имеет смысл, что ты почувствуешь неестественную, глубокую душевную связь с ним.

Я молча жую сливу, обдумывая сказанное.