Обещанная дракону

Ей ведь и в голову не пришло, что здесь могут быть маги!

– Прежде чем угрожать взрослым дяденькам, – сказал лунданец, склоняясь над ней, – сначала убедись, что у них нет магии и они не злы из-за того, что стоят на границе уже неделю лишь потому, что короля свергли. Плевать я хотел на политику, я всего лишь хочу убраться из этого гребаного королевства!

Юна затихла, перестав вырываться.

Тогда мужчина убрал ногу, опустился на корточки и вгляделся в ее лицо.

Она тяжело вдохнула и выдохнула. Воздуха не хватало. Горло сжалось, словно на нем затянулась невидимая удавка.

– Пожалуйста, – прохрипела девушка, не сводя глаз со своего мучителя.

– Что “пожалуйста”? – он склонил голову набок.

– Отпустите, – прохрипела она, не в силах говорить в полный голос.

Перед меркнущим взглядом маячила огромная стена, а на ней виднелись пограничники, сновавшие туда-сюда как муравьи. Так далеко, что не докричаться. Даже в соседнем обозе никто не откликнется. Хоть тот и находится в нескольких метрах от этого.

Кому есть дело до случайного парнишки на дороге? Никто за него не заступится…

Грудь давило, будто тисками.

– Прошу, отпустите, – вновь всхлипнула Юна, ощущая, что это конец.

– Нет, теперь ты мой, – черные глаза лунданца на миг вспыхнули желтым огнем.

Этот огонь всколыхнул странное ощущение. Будто Юна уже встречала его. Но погас так быстро, что она не успела осознать ускользнувшее чувство.

Мужчина склонился еще ниже. Его губы раздвинула торжествующая усмешка.

– Эй, Марген! – чей-то голос заставил его обернуться.

– Чудно, – отозвался лунданец, поднимаясь.

Хватка на горле исчезла, Юна начала взахлеб глотать воздух, будто никогда не дышала до этого. Тоскливо посмотрела в сторону ворот. Похоже, там ей не пройти. И почему она такая невезучая? Что теперь делать?

Девушка медленно поднялась, потирая шею. В один момент чужое тело припечатало ее к дереву. Марген начал бесцеремонно ощупывать ее, пока она пыталась от него отмахнуться.

Юна успела перехватить его руку до того, как та нырнула в тесный ворот ее рубашки.

Они замерли, глядя друг другу в глаза.

– Кажется, я немного ошибся с оценкой, – усмехнулся лунданец, нависая над девушкой.

Его ноздри раздулись, словно он принюхивался, вторая рука горячим углем скользнула вдоль тела Юны, обрисовывая изгиб талии и бедра.

Та оцепенела.