Обладать Кори (ЛП)

Я выхожу, ты входишь, окей? Иначе это для нее будет слишком.

Я киваю, вновь ощущая твердую почву под ногами, но когда он подается назад, всей твердой длиной потираясь об меня, я чуть не рехнулся. Поэтому концентрируюсь на движениях, которые он предложил, и скоро у нас все налаживается. Внутрь, наружу, внутрь, наружу… Ритм сначала устойчивый и понемногу ускоряющийся, и вот оно – волшебство. Кристина начинает покачиваться вместе с нами, слегка приподнимая задницу и давая мне идеальный доступ. Она постанывает и тяжело дышит, одной рукой опираясь на Кор, а другой потянувшись себе между ног погладить клитор.

Зарывшись лицом ей в волосы, я вдыхаю сладкий аромат жимолости. Ее мышцы подрагивают вокруг меня, а член Кори становится еще больше, заполняя ее собой, и в этой жесткой пульсирующей хватке я готов взорваться.

Стоны Кристины становятся более отчаянными и животными, и знаю, она на краю кульминации. Я был с ней достаточно раз, чтобы чувствовать ее приближение, и хочу, чтобы и Кори тоже почувствовал.

Если у нас получится тройной одновременный оргазм, это будет самая необычайная вещь на свете.

На полпути к своему оргазму, Кристина вздрагивает и протяжно стонет, а я убираю руку с дивана и хватаю Кори за затылок, сжимая и давая ему понять о нашей надвигающейся кульминации. Прикоснувшись к нему, я пальцами скольжу по теплой коже и зарываюсь в волосы. Мы встречаемся взглядами, и он усиливает свои движения, не нарушая при этом ритм. Я ощущая трение его члена на своем, безумную пульсацию плоти Кристины вокруг нас обоих, что, сжимая нас, толкает к оргазму.

Никогда в жизни я не был настолько заведен. И никогда так жадно не хотел кончить, как сейчас.

Кончая, Кристина издает прерывистый стон, а я чувствую финальный рывок члена Кори, что рушит мое самообладание, и я кончаю вместе с ними. Проходит какое-то время, а мы втроем по-прежнему напряженно замерли. Я не могу найти силы выйти из нее. Наши тела – как одно, связанные воедино и движимые неоспоримым инстинктом спаривания.

Звучат возгласы, слова, вздохи, какие-то даже исходят от меня. Но в этом ликующем состоянии я мог бы находиться хоть в шумном московском аэропорту, – настолько на все наплевать.

Когда удовольствие начинает стихать, я чувствую, как прихожу в себя. И эти двое тоже. Нам нужно разъединиться, и это почти больно, словно я чего-то лишаюсь. Или словно что-то внутри меня раскрылось, и на меня навалилось опустошение и глубокая тоска.