Обладать Кори (ЛП)

– Останешься со мной? – я нервничаю, словно девственница на выпускном, и уверен, ему заметна дрожь в моем голосе.

– Черт, да, – он легко подскакивает с дивана и идет за мной в комнату. – Но я бы сходил в душ. У меня тут повсюду медсестра, знаешь ли.

– Ну да, на самом деле это предлог воспользоваться моим обалденным душем.

Посмеиваясь, он раздевается и включает воду, а у меня ощущение, будто я впервые вижу его голым. Хорошо, что я в штанах, иначе моя чрезмерная реакция была бы на виду.

Стараюсь не подглядывать, как он принимает душ.

Его тело угловатое и резко очерченное во всех нужных местах, а вода с мыльной пеной чувственно стекает ручейками по ягодицам и бедрам. Когда стекло душевой запотевает настолько, что становится виден только смутный силуэт, я иду к стерео-системе найти что-нибудь приятное. Этому вечеру подойдет классика рока, так что ставлю плейлист 70-х и жду на кровати под Led Zeppelin, пока Кори в одном полотенце на падает рядом.

Я вдыхаю свежий древесный аромат дорогого геля для душа, на который давно подсел и без которого жить не могу.

– М-м-м… Мой гель вкусно пахнет на тебе.

– Ага, а мне нравится пахнуть, как ты, – застенчиво улыбается он, глядя на меня своими голубыми глазами из-под длинных ресниц. Мне знаком этот взгляд, и всякий раз, когда он так смотрит на меня, в паху становится горячо.

Накрывшись одеялом до пояса, он снимает под ним свое полотенце, после чего, демонстративно держа двумя пальцами, роняет его на пол.

– Это сводит тебя с ума, мистер Чистюля?

– Хм… Не по той причине, как ты думаешь, – я снимаю под одеялом свои пижамные штаны и бросаю их на ковер со своей стороны кровати.

Выражение его лица стоит учиненного беспорядка.

– Это означает, я тебе нравлюсь, док?

– Нравишься? – сбрасываю с нас одеяло, и мы становимся полностью обнажены друг перед другом. Я сажусь на него сверху, и от тепла его только вымытой кожи мои яйца сжимаются. – Слабо сказано.

Чувствую себя сейчас настолько обезумевшим от желания, что нестройный хор сомнений, что звучал в моей голове все эти дни, замолкает.

Я наклоняюсь и захватываю его губы в поцелуе, хочу съесть его целиком, хочу его вкус на своем языке.

Когда я наконец даю ему вдохнуть, он расплывается в улыбке и скрещивает руки за головой.

– Черт, ты удивил меня. А почему так долго тянул?

Он дергает бедрами, от чего я снова падаю на него, и новый поцелуй становится долгим и сумасшедшим. Мои руки гуляют по его телу, изучают и запоминают каждый сантиметр.