Облом для властного или Я твой Зайчик [СИ]

Кот моментально отпружинил и, быстро очухавшись, поскакал по своим кошачьим делам, а Василий так и остался лежать, прикидывая, как лучше добираться до дома: на четвереньках или по-пластунски?"

"— Дядя Вася! — услышал он беспокойный голосок Настеньки. — Вам больно?

— Нет, принцесса, — пробормотал Вася и с трудом сдерживая мученический стон, стал отдирать себя от земли. — Совсем не больно.

— Вы такой смелый.

— Ага, — кивнул мужчина и, наконец, кряхтя не хуже старого деда, принял вертикальное положение, одной рукой держать за поясницу, а второй подбирая пострадавшую ветку, которая оказалась чуть подпилена.

Как интересно получается…

Сообразить в чем тут дело труда не составило.

Луганский метнул яростный взгляд на клубничные грядки, но вредителей уже, как ветром сдуло.

Теперь понятно, как тигриный котенок оказался на черешне. Осталось только надеяться, что их он тоже поцарапал.

Из всей спасительной операции только один плюс: внимание Зайки, которая охала и хлопотала подле него весь вечер, который подкрался совершенно незаметно.

В сумерках посидели, поужинали в компании его мамы и Зайкиных спиногрызов, которые исподтишка с подозрительным видом за ним наблюдали, но больше диверсий не устраивали.

И на том спасибо.

Вредителей много, а спина-то у Васи одна единственная.

Рассказывать Алене о проделках сыновей мужчина не стал, считая это по меньшей мере глупо, но и спускать с рук такую выходку он не собирался. Поэтому, как только близнецы, поужинав побежали на улицу, Вася пользуясь тем, что женщины заняты разговорами о маринадах, вышел следом и туту же свернув за угол, поймал засранцев за очередной пакостью.

Пока взрослые заняты они решили своровать у матери бельевую веревку, для неизвестных целей, при этом совершенно не заботясь о чистоте белья, которое было на ней развешано.

Луганский не долго думаю, поймал обоих вредителей за локоток и, сурово сдвинув брови, прогремел:

— Эй, чего вы делаете?! А?

Мальчишки попытались вырваться, но, естественно у них ничего не вышло.

— Пусти! Мы маме расскажем! — стал угрожать самый бойкий из них и показал мужчине язык.

У Васи, чуть глаза на лоб не вылезли от такой неслыханной наглости и неуважении. В его детстве он бы за такой поведение уже бы в углу стоял с драной попой.

И будь это его дети он бы и сам их отодрал за уши, но поскольку они Зайкины, то так поступить он не мог.

— А я расскажу, как вы мамино белье испачкали! — отплатил той же монетой Луганский. — Она так старалась! Руками стирала.