О Боже, какое наслаждение! Каждая клеточка ее тела с неистовой радостью откликалась на неведомые ранее ощущения. Сердце девушки бешено колотилось, кровь кипела и пульсировала в ее жилах. Она хотела… слиться с ним воедино, длить это единение душ и тел до бесконечности.
Внезапно Блэйз оторвался от ее губ. Пушистые черные ресницы прикрыли его синие глаза.
– Я попрошу Флосс заняться с Рози, – хрипло пробормотал он. – А ты выгони отсюда рабочих… Проклятье, я им заплачу двойную сумму, главное, чтобы они сейчас покинули дом и не возвращались до конца дня.
А ты согрей для меня постельку… Я скоро присоединюсь к тебе. О Боже, я просто изнемогаю от желания!..
Она стояла перед ним безвольно и безропотно. Но цинизм, с которым он высказал свои намерения, вопреки его ожиданиям вернул ей способность соображать.
– Ты… т-ты… грубая скотина! – воскликнула Крисси, вырываясь из его рук. – Да как ты смел предложить мне такое! Да как ты смел даже думать, что я… что я согласилась бы… что сделала бы что-нибудь подобное?
Блэйз смотрел на нее с нескрываемой ненавистью.
С ума сойти, но он еще не может поверить, что его отвергли. Одно пылкое объятие, и он уже ждет, что она прыгнет к нему в постель! Если бы не присутствие Рози, она залепила бы ему пощечину!
Оскорбленная, растерянная, в ужасе от сознания того, что было несколько свидетелей этой распутной сцены, Крисси нащупала руку своей младшей сестры.
Как, черт возьми, может она продолжать работать на него после того, что произошло? Да и она хороша! Расслабилась в его объятиях… Разве удивительно, что после этого он ожидал логичного продолжения? Ну уж нет! Она может унизиться до работы служанки, но поступиться своей честью? Нет! Никогда.
Блэйз живет в мире без предрассудков. Он хотел заняться с ней любовью. Она пробудила в нем физическое желание. Вот и все. Ничего больше ему и не было нужно. Просто доступное тело, чтобы удовлетворить свою мужскую похоть! Крисси безжалостно убеждала себя в этой горькой правде. И несомненно, Блэйз не понимал, какую обиду причиняла ей эта правда… Ее вовсе не прельщала мысль, чтобы он использовал ее как легкую добычу, а потом отбросил, как вчерашнюю газету.
О Боже! Как могла она позволить ему обнимать себя, целовать. Тем более что его ласки вызывают в пей такую бурю эмоций! Крисн заморгала, стараясь остановить горячие слезы отвращения к себе. Оказалось, что она больше похожа на свою мать и Элайн, чем думала. Она потеряла контроль над своим разумом в пылу желания.
