Обманчивая тишина

У Кирилла имелась красивая, изящная, со множеством подробностей версия истории Вермана — посольского адресата. И факты биографий двух реальных Верманов не втискивались в ее прокрустово ложе!..

— Так дело не пойдет, Кирилл, — резко сказал я. — Опять ты танцуешь не от фактов. Ну что я тебе стану растолковывать очевидные истины! Наше дело — не изощряться в вымысле, а терпеливо собирать факты, продумывать их, обобщать.

Кирилл лишь молча кивнул в ответ.

— Так вот, с этой точки зрения кто из Верманов вызывает у тебя большие сомнения?

Кирилл заскрипел креслом.

— Не могу еще сказать. Надо собрать дополнительные сведения.

— Жил кто-либо из них на Большой Морской, четыре?

Кирилл заскрипел креслом.

— Этого мне тоже пока не удалось установить.

— Ну, так пока нечего и разговаривать. Установи. Тогда и вернемся и Верманам.

27. Старушка старушке рознь

Славин не пришел ночевать. Усталый и сонный, он появился в гостинице только на следующий день к вечеру и рассказал мне все, что видел в библиотеке. Выйдя из библиотеки, Славин отправился за гражданином в военном, «довел» его до дома и остался дежурить.

Он пробыл на своем посту всю ночь и весь день, но новый подопечный больше никуда не уходил. Славин, наверное, торчал бы возле этого дома и дольше, но ему повезло: он увидел проходившего мимо сотрудника горотдела ГПУ Гришу Лялько и попросил, его подежурить вместо себя. Это был мой просчет: надо было сразу дать Славину напарника.

Я тотчас позвонил Захаряну, и тот послал в помощь Грише Сергея Иванова.

Мы условились, что эти ребята подменят Славина, а на следующий день, отдохнув, он вернется на свой пост с кем-нибудь из чекистов-нижнелиманцев: отрывать Кирилла от его задания мне не хотелось.

— Эх, чует мое сердце, не за этим долговязым надо было идти! — с досадой сказал Славин. Он стал коленями на пуф и облокотился о стол.

— Нет, Славин, думаю, ты не сделал ошибки, что пошел именно за ним — как бишь его фамилия? Штурм?

— Точно. Штурм. Эрнест Иванович Штурм. И все-таки, Алексей Алексеич, делайте со мной, что хотите, а зря я прозевал старушку.

— Ну, в конце концов ее можно проверить, это пустяк: установим ее личность по библиотечному формуляру. Но почему ты прицепился именно к ней?

— А почему мне к ней не цепляться? Знаете, старушка старушке рознь. Старушки всякие бывают.

— Хорошо, Славин. Тебе приглянулась эта милая бабуся… Но давай-ка будем…

— Правильно. Будем рассуждать. У тебя почему-то получается дилемма: если не Штурм, то старушка.