Обмани меня (СИ)

Вот же засранец! Мало того, что не страдает излишней доброжелательностью, так еще и нормальное рабочее место для сотрудника зажал. Эмильен, блин! Имя-то какое царственное. Надувшись от обиды как индюшка, я решила, что не достоин мой новый шеф такого красивого имени. Оно ему явно не подходит. Смотрела я на комья грязи вокруг меня… Эмильен мне должен был как минимум спортивный комплекс подарить, а не это болото с лягушками.

Ну какой из него Эмильен? Емеля он. Емеля!

Решив, что нужно себя как-то утешить, я принялась вспоминать адептов, которых встретила на учебном поле некроманта.

Все высокие статные красавцы, настоящие спортсмены. С такими мы быстро переоборудуем эту лужу под собственные нужды, сделав из нее первоклассную полосу препятствий.

Как же жестоко я ошибалась!

Едва прозвенел колокол к началу занятий, к моему полю нестройной толпой с опаской подошла группа первокурсников. Молча глядя на этот разношерстный беспрерывно галдящий хаос, мне в голову приходило только одно описание подосланных деканом «бойцов», как в старом романе знаменитого писателя – униженные и оскорбленные.

[1] При чем судя по количеству косых, кривых и толстых адептов на квадратный сантиметр площади, мне достались самые униженные и самые оскорбленные из всей академии. Такое ощущение, что Емеля их собственноручно для моих занятий отбирал.

- Ладно, - глубоко вздохнув буркнула себе под нос. – Будем работать.

[1] Героиня вспоминает роман В. Гюго «Отверженные».

Глава 4. О пользе новых знакомств или кто еще обитает в академии

Весь мой день прошел в рабочей суете и решении насущных организационных вопросов. Когда стало понятно, что задохлики которых мне выделили в обучение, ни на что толковое неспособны, пришлось вызывать на помощь Казимира. Команданте на просьбу откликнулся с энтузиазмом и выделил из своих складских заначек много полезных вещей, которые мы тут же приспособили под спортивные снаряды.

Шкаф с накинутой сверху толстой сетью превратился в элемент скалодрома, две старые трубы на табуретках – в тетиву над пропастью, а старый ковер-самолет, постеленный в грязную лужу, стал импровизированным рингом для отработки приемов магического карате.

Устанавливали все это добро студенты собственноручно без применения магии, под моим чутким руководством и периодическими обещаниями показать им «Козькину мать!», если они пытались отлынивать от труда.