Обмани, но люби

Леон начал тихо посмеиваться, Дант присоединился к нему. Отец оторвался от них и исчез за очередным поворотом. Ему не терпелось поскорее покончить с игрой.

– Не помню, чтобы мы раньше играли во что-то подобное, – усмехнулся Дант.

– Нет. – Леон знал почему. Ведь Белла не росла здесь вместе с ними. Ее появление в его жизни изменило для него весь мир. – Все, мы расходимся, моя лента уводит меня в другую сторону. До встречи.

– Если заблудишься, зови на помощь.

– Не слишком на это рассчитывай, братец.

Леон шел по лабиринту, пока не наткнулся на лежавший на земле маленький пакетик, привязанный к концу ленты.

– А Дант, наверное, потерялся.

– Я все слышу, старший брат мой. И в следующую секунду из лабиринта вышел Дант с таким же пакетом.

Саллисто пробормотал:

– Надеюсь, на этом игры кончились. Не знаю как вы, а я проголодался.

Мужчины направились на террасу.

– Осторожнее, не споткнитесь, – крикнула Люсиана из-за стола.

Пиа сидела с ней рядом. На ней было розовое платье. Леон отыскал взглядом жену в восхитительном сиреневом платье с лентами. Она была такой красивой, что он едва не выронил подарок.

– Вскройте пакетики, и мы приступим к еде.

Леон распечатал свой пакет. Внутри оказалась продолговатая коробочка с тестером на беременность! Он еще не успел открыть ее, как его сердце сильно забилось. Белла не сводила с него глаз, которые светились радостью.

Леон вдруг понял, что на террасе воцарилась полнейшая тишина. Оглянувшись, он увидел, что и отец, и брат держат в руках такие же коробочки, онемев от изумления. Саллисто поднял голову и посмотрел на Люсиану.

– Ты беременна? – спросил он благоговейным шепотом.

– Да, дорогой. Это наконец-то случилось.

Леон подумал, что никогда не забудет выражения его лица.

Сияющая Пиа смотрела на Данта.

– Наша поездка во Флоренцию… – напомнила она.

Внезапно все пришло в движение. Леон уронил коробочку и, бросившись к жене, поднял ее.

– Кончитта не будет единственным ребенком, – пробормотала она. – Надеюсь, Леон, ты счастлив?

– Счастлив? – воскликнул он. – Я люблю тебя! – Он поцеловал ее долгим и страстным поцелуем.

Охваченный эйфорией, он едва услышал, как отец постучал вилкой по хрустальному бокалу. Все разомкнули объятия и приготовились слушать. Саллисто поднял наполненный бокал и повернулся к Белле.