Обманутая

Улаживать сложные семейные обстоятельства Джейн было не в их компетенции, но Калеб счел это актом взаимопомощи между коллегами. Ему стало тревожно. Сложно было представить, чтобы Джейн накачала брата таблетками и просто исчезла.

«Здесь что-то не так», – думал он.

В голове была полная каша.

3

Узлы на запястьях ослабли, когда Кейт уже потеряла всякую надежду. Положение, в котором ее связали, причиняло неимоверную боль. Под конец это стало почти невыносимо. Кроме того, она чувствовала, что кровообращение во всем теле нарушено.

На глазах то и дело выступали слезы, и Кейт ничего не могла с этим поделать.

«Давай же, – твердила она про себя, – давай, давай…»

Кадир сумел сползти по трубе до самого пола, но едва мог дотянуться до ее запястий. Собственные веревки сковывали подвижность пальцев. Несколько раз ноги сводило такой судорогой, что ему приходилось с трудом выпрямляться, чтобы расслабить затекшие мышцы.

– Простите, – говорил он дрожащим от боли голосом. – Мне очень жаль, но…

Кейт сама дрожала от напряжения – и осознания, что уходит бесценное время.

Но торопить его не имело смысла. Кадиру и без того приходилось нелегко. Однако время неумолимо утекало, а преступник явно не собирался оставлять их в живых. Эти доки выглядели заброшенными, но слишком велик был риск, что кто-нибудь обнаружит пленников. Этот тип не останавливается перед убийством. Он, не моргнув и глазом, избавится от двух человек, которые могли его опознать. Кейт не строила иллюзий на этот счет.

Когда был распущен последний узел, она хотела без промедления заняться веревками на ногах.

Однако ни пальцы, ни руки – вообще ни один мускул в теле ее не слушался. Она лежала на боку, избавленная от мучительной позы, но боль никуда не ушла. Даже наоборот. Кровь хлынула в онемевшие конечности, и это сопровождалось невыносимыми муками. Кейт тихо заскулила и уткнулась лицом в холодный, отсыревший пол. Она снова теряла время, но не могла ничего поделать. Через некоторое время все же сумела подняться и принялась распутывать узлы на лодыжках. Дело продвигалось довольно медленно, но ей удалось наконец освободить и ноги. Только теперь Кейт пришло в голову взглянуть на часы. Почти семь утра. На освобождение лишь одного из них ушло несколько часов.

Кейт проверила карманы, и оказалось, что у нее действительно остался только фонарик. Впрочем, и это многого стоило. Сумки при ней, конечно, не было, телефона, который она держала в руке в момент нападения, – тоже. Как и отцовского пистолета.