Слегка приподнимаюсь, чтобы ответить, но головная боль накатывает с новой силой, и тошнота подступает к горлу.
Неужто я заработала сотрясение мозга?
Открываю рот, но не могу издать ни звука. Глаза застилает чёрная пелена, похожая на тяжёлое, жаркое одеяло, и я проваливаюсь в бесконечную темноту.
Не знаю, сколько я провела без чувств. Первое, что я ощущаю - это мягкое покачивание. Затем ко мне возвращается слух: приятный мужской голос напевает песенку за тонкой стенкой какого-то мрачного ящика.
Где я?
Что произошло?
Мысли путаются, воспоминания ускользают, как песок сквозь пальцы.
Я же спешила на собеседование. Бежала по лестнице и…
Вот блин!
Воспоминания давят на меня бетонной плитой. Пытаюсь открыть глаза, но веки такие тяжёлые. С трудом приподнимаю их и вижу солнечный свет, льющийся сквозь окно кареты.
Тело ноет, каждая мышца болит, словно я пробежала много миль без остановки. Хочу пошевелиться, но движения даются с большим трудом.
Летающие ящеры!
Дракон!
Кучера ранили!
Я в панике сползаю с сидения и добираюсь до перегородки.
- Господин… Уважаемый, вы как?
Пение тут же прекращается, и мужчина поворачивается ко мне с умиротворённым лицом, будто не его потрепали летуны:
- Леди, вы очнулись! Я уж думал, меня обманули, и придётся разворачиваться, чтобы показать вас лекарям! Двое суток не просыпались!
Подождите, какие двое суток?
Пытаюсь собраться с мыслями, восстановить цепочку событий. Помню, как мы выехали из города, началась гроза и появились ящеры.
Потрепали кучера, лошадь, но к моему счастью их прогнал большой и красивый дракон.
А потом - пустота.
Я, должно быть, потеряла сознание из-за того, что сильно ударилась головой.
Но как долго я была без чувств?
И где мы сейчас?
- Так почти на месте, - охотно отвечает кучер. - Меньше мили осталось.
Сжалившись надо мной, он пояснил, что первую ночь мы провели в лесу. Нам несказанно повезло: там же пережидали непогоду несколько боевых магов, которые успокоили лошадь и подлатали раненых. Они погрузили меня в целебный сон, и карета отправилась дальше.
На вторые сутки остановились в придорожной гостинице, и меня перенесли в отдельную комнату.
- Ей богу, леди, клянусь Создателем, - с жаром заверяет мужчина, - хозяйка подсобила с работницами, я к вам и пальцем не притрагивался!
- Благодарю.
Медленно, превозмогая боль во всём теле, я подбираюсь к окну. Пейзаж совершенно незнакомый: зелёные холмы, поросшие густой травой, вдалеке виднеется небольшая деревушка.
