""
А затем комнату наполняет истошный женский крик.
Глава 35
Леди Виктория Эллеринг
Язык мой - враг мой!
Стоило бы промолчать, а не грозить небесной карой здоровенному мужику, который меня одной левой перешибёт. Но что я могла сделать, когда Эйвар потребовал у меня выдать местоположение дракона?
Даже если б знала место ночёвки моего чешуйчатого приятеля, Эллерингу и под пытками бы не рассказала. Захочет - пускай ищет своими силами.
Вернувшись, запираюсь на кухне и успокаиваю нервы, заваривая целебный травяной чай.
Параллельно рассказываю о своих приключениях обеспокоенному Владушке. Разбавляю обжигающую жидкость холодной водой и, наблюдая краем глаза через окно за массивной фигурой Эйвара, в голову приходит идея маленькой женской мести.
- Угостишь милорда? - спрашиваю у пугала, наливая в кружку доверху кипящий отвар. Может, хоть язык себе обварит и перестанет меня доставать? А с бестолковой Лиззи я как-нибудь сама справлюсь.
Владушка прыскает в соломенную ладошку, но не возражает.
Уплывает по воздуху, но через минуту возвращается с обиженным:
- Не стал. Боится, что ты его отравишь… Так, а ну, убери эту ухмылку с лица! И думать забудь!
Закатываю глаза и пожимаю плечами, мол, не могу ничего обещать.
Веки слипаются, и я подавляю усталый зевок. Ночь на дворе, надо бы ложиться спать.
Хочу попробовать договориться с кем-нибудь из студентов насчёт коня. Плуг одолжу у старосты. Заодно прикину, сколько времени понадобится на то, чтобы вспахать огород.
Жажда посадить овощи и пару ягодных кустиков столь велика, что я подумываю насчёт того, чтобы привлечь Лиззи.
Пускай отвлечёт на себя лорда. И ей в радость, и тот перестанет мозолить глаза.
А ещё бы в город…
Но об этом подумай завтра, а сейчас - водные процедуры и спать.
Поднимаюсь в свою комнатку, чтобы взять чистую ночную рубашку, и ещё не успев переступить порог, чувствую, что здесь что-то не так.
В комнате царит полумрак, но лунный свет из окна выхватывает из темноты достаточно, чтобы я застыла на месте, словно громом поражённая.
На моей кровати лежит мужчина.
Голый.
Взгляд скользит по широким плечам с бронзовыми, округлыми мускулами, перетекая к небрежно отброшенной на подушку руке с печатью фамильного перстня.
Эйвар собственной персоной!
Да что вообще происходит?
Из горла рвётся истошный крик. Дрожащие пальцы едва справляются с фитилём лампы на тумбочке.
Тусклый свет озаряет комнату, заставив лорда Эллеринга сонно приоткрыть глаза.
