Обманутые надежды, или Чего не прощает любовь (Женщина в клетке, или Так продолжаться не может)

Вы тоже любовница моего мужа? – усмехнулась жена Марата.

– А вы совсем ему не доверяете?

– Я слишком хорошо его знаю. Таскается за каждой юбкой. Ни одной не пропустит. Так вы из той же серии? – Женщина махнула головой в мою сторону.

– Я не знаю, какую серию вы имеете в виду, но мы здесь по приглашению вашего мужа. У нас возникли проблемы, и он предложил нам пожить на этой даче.

– Лейсан, я ей уже объясняла, она ничего не хочет слушать. – Я сразу ввела Лейсан в курс дела. – Если я не ошибаюсь, нас просят покинуть эту дачу.

– А вы очень понятливая девушка. Вам действительно придётся покинуть дачу, потому что сегодня на неё заезжаю я. Такое соседство меня не прельщает. Так что всего вам доброго. Флаг в руки, барабанные палочки на шею – и в долгий путь. И пожалуйста, будьте хоть немного осмотрительны в своих связях. Не встречайтесь с женатыми мужчинами. Это не принесёт вам ничего хорошего, кроме разочарований и неприятностей.

Почувствовав, как меня затрясло, я повернулась к Лейсан и тихо проговорила:

– Пошли соберём сумку, и уходим.

Мы действительно не сможем находиться под одной крышей с неуравновешенной бабой. Нужно беречь нервную систему и не тратить её на скандальных и недальновидных людей.

– А куда мы пойдём? – непонимающе посмотрела на меня Лейсан. – Нас может выгнать отсюда только тот, кто нас сюда пригласил.

– Убирайтесь отсюда, – прошипела раскрашенная змеюка. – Убирайтесь, или я вызову милицию. Вон отсюда!

– И почему Марат не сказал нам, что его жену могут выписать в любой момент из сумасшедшего дома? О подобных вещах предупреждать надо.

От такой безалаберности и получаются стычки больных людей со здоровыми.

Лейсан развернулась и пошла в свой дом за сумкой. Я направилась следом за ней, стараясь говорить как можно громче:

– Ты знаешь, он вроде говорил, что ей ещё полгода лежать положено, недавно было сильнейшее обострение. Не должны были ещё выписать.

– А я где-то читала, что сейчас все больницы переполнены, – поддержала меня Лейсан. – На больницы дотаций не выделяют.

Вот сумасшедших группами и выписывают. Их кормить нечем. Нужно жаловаться. Из-за того, что государство не финансирует то, что оно должно финансировать, психи чувствуют себя хозяевами жизни и мешают жить здоровым людям. Уж если их выпускают домой, то хотя бы в смирительных рубашках, а то они ведут себя крайне неадекватно, и не знаешь, что у них на уме.

– Это точно, – ответила я. – Милицией пугают.

– Не говори. Мы же их санитарами не пугаем.