Обманутые надежды, или Чего не прощает любовь (Женщина в клетке, или Так продолжаться не может)

У одного был перебит нос, который, по всей видимости, неправильно сросся и ушёл вбок. У другого был слишком кривой подбородок, но чересчур красивое накачанное тело, а выражение лица третьего вызывало настоящее чувство страха и намекало на то, что он может убить, даже не раздумывая.

– Я ничего не сказала смешного, – съёжилась я и задала вопрос, который волновал меня больше всего. – Где Жан? Как вы сюда попали?

Неприятный холодок пронзал мою грудь, и боль всё не утихала. Но сейчас я уже перестала обращать на это внимание, я думала, что в моей ситуации самое главное уцелеть, потому что взгляды ворвавшихся в мой дом мужчин не предвещали ничего хорошего.

– Кто вы? – вновь задала я всё тот же вопрос и почувствовала, как дрожит моё тело.

– Ты хочешь узнать наши имена?! – усмехнулся качок с кривым подбородком. Он был похож на спортсмена, принимающего участие в боях без правил. Его сломанная челюсть приводила в ужас, и я прекрасно осознавала, что если разозлить этого парня, то не жди от него пощады.

– Вы находитесь в моей квартире. Я вас не приглашала.

– Ты хочешь, чтобы мы извинились за то, что вошли без стука?!

– Я хочу знать, что происходит. От мужчин исходило что-то животное и неимоверная агрессия. Я даже не сомневалась в том, что попала в ужасную ситуацию, и пока не представляла, как же мне удастся из неё выбраться. Один из мужчин встал и прошёлся по комнате. Остановившись рядом с портретом моей бабушки, он ухмыльнулся и ударил кулаком в портрет с такой силой, что тот пошатнулся и с грохотом упал на пол.

– Старая сука! – прокричал он и наступил на портрет. – Жуткая, выжившая из ума старуха!

Я задрожала как осиновый лист, ощутила, как защемило сердце, и почувствовала, как на глаза накатились слёзы.

– За что? – только и смогла спросить я.

– За то, что раньше колдунов жгли на костре, а эта сука умерла своей смертью. А что, в народе правду говорят, что она была настоящей колдуньей?

– Я не могу отвечать на вопрос человеку, который стоит на портрете дорогого и родного мне человека.

Ударив со всей силы ботинком по портрету, мужчина оскалился и рассмеялся:

– Если она колдунья, то почему она ничего мне не сделает?! Я бью её по лицу, а она никак мне не мстит?! Пусть она превратит меня в камень! Ну что, ей слабо?!

– Она умерла, – с трудом произнесла я и смахнула слёзы.

– Саня, не извращайся. Уйди с портрета. Смотри, бабка на нём вся сморщилась от боли. Нехорошо обижать старых женщин.