Обманутые надежды, или Чего не прощает любовь (Женщина в клетке, или Так продолжаться не может)

Сегодня я вся в раздумьях по поводу своих дальнейших действий.

– Твоё дальнейшее действие должно быть только одно: лечь в постель и хорошенько выспаться.

Лейсан вышла из комнаты с огромной, туго набитой сумкой в руках. Я посмотрела на сумку и, несмотря на чудовищность ситуации, не могла не улыбнуться.

– Ты куда собралась?

– На дачу, – невозмутимо ответила она.

– А побольше сумки не было?

– У меня есть ещё больше. Я ж не только на себя одну вещей набрала, но и на тебя тоже.

– Я Марату пообещала, что мы его долго стеснять не будем, а ты с такой здоровенной сумкой выползла.

Как на курорт собралась.

– Так я взяла всё только самое необходимое. Ничего лишнего.

– Лейсан всё правильно сделала, – поддержал мою подругу Марат. – Женщина в любой ситуации должна оставаться женщиной. Лейсан, давай сумку. Не люблю, когда женщина тяжести носит.

Лейсан отдала сумку Марату и пробубнила себе под нос:

– А я и не думала, что в наше время ещё существуют мужчины, которые и тяжёлую сумку помогут отнести, и от неприятностей спрятать.

– Уж не знаю, с кем вы общались и где вы своих мужчин откапывали.

– Да нигде мы их не откапывали. Они сами откапывались. И все, как на подбор. Нарочно не придумаешь. Это ты вот у нас выискался редкостный экземпляр.

– Девчонки, я не знаю, где и с кем вы общались, но вы говорите жуткие вещи, и мне за наших мужиков становится стыдно.

– Мне тоже за них стыдно, – согласилась Лей-сан. – Нам стыдно, а им хоть бы хны. Я вот недавно в Сочи отдыхала.

В аэропорту у моего чемодана колёсики повылетали. А чемодан просто громадный. Пришлось тащить на себе. Иду, горбачусь, а рядом мужички почти налегке проходят, и ни один из них не поможет. А когда на регистрацию подходила, так они мне ещё и пинков надавали, чтобы побыстрее к стойке подбежать и зарегистрироваться. Один так своим пузом шуранул, что я в другую очередь улетела. Хоть бы извинился. Фига два. А в самолёте я на последнем ряду сидела. На обед давали рыбу и курицу на выбор. Рыбы осталась последняя порция, а я именно рыбу хотела.

Стюардесса стала вежливо извиняться. Смотрит на меня и соседа, мол, поделите сами, кому курица, а кому рыба. Я на сидевшего рядом мужчину посмотрела жалостливым взглядом и говорю: «Мужчина, извините, у меня диатез. Мне курицу нельзя. Можно я рыбу съем?» Вместо того чтобы мне уступить, он рыбу прямо у стюардессы из рук вырвал и стал быстро-быстро жрать. Я ему со злости свою курицу отдала.