Делали года три назад, если сравнить, как я выгляжу там и сейчас.
– Господин, – зашел слуга, – Орлов Павел.
Седовласый дворецкий отошел в сторону и пропустил вперед мужчину. Я окинул его взглядом. Волосы темные, как и у сестры. Физическим развитием пренебрегает, на что намекает торчащее пузо. Но вот сжатые кулаки, прищур глаз и ощущение ярости заполоняют комнату. Маг, сильный, а следовательно и опасный. Чувствую, как внутри него клокочет энергия.
— Ты... – шепчет он, — Из-за тебя погибла моя дочь. — звучат слова, как приговор.
– Из-за меня? – удивляюсь я, — Во-первых, нет. Это ваша сестра виновата. Привет ей, кстати, передавайте. Во-вторых, кто сказал, что Мария погибла?
– Да как ты смеешь... Что? — а в мозгах ему не откажешь. Или это безумная надежда, а вовсе не умение себя контролировать?
Я с большим интересом изучал мужчину и его реакции. Как никак, это мой кровный враг, убивший всю родню. Надо понимать, чью жизнь тебе предстоит отнять.
– Пойдёмте. Надеюсь, вы будете прилично себя вести в моём доме? Или род Орловых больше не соблюдает правила?
— Соблюдает, — процедил мужчина.
Наблюдать за ним сплошное удовольствие. Было в этом что-то извращенное. Видеть, как твой враг бесится, но ничего не может сделать. Я встал из кресла, которое облюбовал до этого и направился в соседний зал. Как сказал, домик отгрохали предки знатный, здесь хватало места. При желание легко заблудиться. Без желания тоже легко, особенно в первые разы.
Открываю дверь и с вежливой улыбкой предлагаю мужчине пройти вперед.
Он смотрит на меня столь яростно, что удивляюсь, как ещё не напал. Хорошая выдержка. Это плохо.
Но выдержка оставляет мужчину, когда он всё же проходит внутрь.
— Маша! — раздается голос, полный... Всего. Боли, надежды, шока, изумления, неверия.
Не завидую ему. Принять то, что дочь погибла и увидеть её живой. Закрываю дверь, а сам возвращаюсь в кресло. Зачем мешать людям? Я и без того знаю, что увидел Павел Орлов. Спокойно сидящую дочку. Перевязанную, в гипсе, с капельницей, но живую и читающую книгу.
Взяла у меня в библиотеке. Травмы у неё после обратной мутации из одержимой. Изменения тела не прошли даром. Но ничего, девчонка крепкая, а среди магов есть целители, как я узнал, поставят её на ноги.
Павел вернулся через пятнадцать минут. Глаза красные, но сухие. Вытер слезы, не хочет слабость показывать."
"-- Чай, кофе, чего-то крепкого?
– Крепкого, если можно, – тихо говорит он, внимательно смотря на меня. Точно выдержка хорошая. Опасный враг.
