Обхожу фургон по кругу, водитель пытается стрельнуть в меня из пистолета, спрятавшись за машиной, но я вижу, где он. Подстреливаю его через укрытие, тело оседает. Хорошее у них оружие, надо будет себе забрать, в хозяйстве пригодится.
Убедившись, что враги кончились, подхожу к Марку и снимаю маску.
– Живы?
– Эдвард?!
Да они с Сергеем идентичны в реакцией. И чего так удивляются, что я жив? Хоть этот бросаться обнимать не стал.
– Да. Пройдемте в мою машину, Марк. Она целее.
***
Ярослав Орлов дождался, когда его человек выйдет из комнаты, и устало потер глаза.
Только что он получил отчет, что одна из боевых групп была уничтожена. Да кем, самим Эдвардом. Этим мальчишкой, который раньше был обычным щенком, а сейчас творит непонятно что.
Дверь открылась, и вошел Павел, его сын.
– Как прошло? – спросил он.
– Парень всех убил.
– Стоил риск того? Ты ведь нарушил моё слово, что я дал.
– А ты докажи, что я имею к этому отношение, – раздраженно бросил глава рода. – Или скажи, что и правда хочешь оставить всё, как есть.
– Слово есть слово. Кто мы, если не держим его?
– Те, кто хотят выжить, сынок. Что за глупости у тебя в голове?
– Он спас мою дочь, твою внучку. Это тоже по твоему глупости?
– Ты не думал, что это манипуляция? – нахмурился отец.
– Думал. Но что это меняет? Марию вернули, это главное.
– Да, вернули... А что скажешь на то, что она перестала быть магом и кто знает, восстановятся ли её способности? И кто это сделал... Дай подумать. Клоз. Он хоть и молод, но уже выполняет угрозы своего рода.
А значит, опасен. От него нужно избавиться.
– Через два года и полтора месяца. Как ему исполнится восемнадцать, я сам за ним приду.
– Доживи сначала до этого времени. Может так сложиться, что маги лишаться силы, и что ты тогда будешь делать?
Вопрос остался без ответа.
***
Я до сих пор не разобрался, как работает память. Когда заявился в дом, то словил сотню различных флэшбэков. С ощущениями и полным погружением. Особенно, когда ходил по комнатам, смотрел фотографии, касался вещей.
Это была одна из целей, зачем я затеял это и явился в дом. Интеграция чужих воспоминаний."
"Но в некоторых случаях память отказывалась работать. Вспомнить, как юный Эдвард убегал от отца и закрывался у себя в комнате, отказываясь заниматься – это пожалуйста. Штук двадцать таких моментов прожил. А вот что-либо касающееся Марка Анатольевича – всего два эпизода, как он приходит в дом, а дальше исчезает в кабинете отца. И всё.
