Сжав зубы и сузив глаза и не дав ни слова сказать, ткнула парню в грудь пальцем, после чего возмущенно и с толикой обвинения заявила:
– Если и ты начнешь выпытывать подробности моих расчетов по пульсару, я тебя стукну и неделю не буду разговаривать.
– Значит, это правда? – потрясенно выдохнул парень. Я кивнула. – Но как тебе в голову такое пришло?
– Приснилось. Я успела рассмотреть часть плетения, но не смогла увидеть взаимодействие. Главное, я знаю, что это возможно, как бы ни отрицали магистры. – Скосила взгляд на молчаливого ледышку.
– А с чего такой ажиотаж? – додумалась спросить, уже догадываясь, что спор как раз и был вызван моей идеей.
– Кто-то успел раструбить по всей академии, что первокурсница нацелилась на необычный эксперимент. Многие уже ставки делают, получится у тебя или нет, – усмехнулся юноша.
– Я упорная и смогу добиться желаемого, если никто не влезет раньше меня, – произнесла едва слышно, с ужасом осознав, какую ошибку совершила, рассказав вслух о своем необычном сне.
– Не влезет, – категорично заявил ледышка. На мой недоуменный взгляд пояснил: – Всем известно, что это задание дал тебе магистр, но именно с твоей подачи. Даже если кто-то украдет твои записи и присвоит изобретение, все равно именно ты будешь считаться первооткрывателем. Но в твоих интересах, чтобы этого не произошло.
Он отправился к своему столу, а я перевела дух – оказывается, все время стояла, затаив дыхание. Компания Ксьера напрягала, мне некомфортно в его обществе. Хотя сейчас он впервые говорил нормально, без ледяного высокомерия.
Что-то в лесу издохло? Надо сходить проверить, авось какой большой зверь, шкура пригодится…
Ой, что-то я не о том думаю. Повернувшись к довольному Лефи, попросила:
– Верни меня обратно, сама не смогу выйти, не вижу завесы.
– Прости. Сюда можно войти только с кем-то из старших курсов и выйти так же, самостоятельно ты бы и не покинула эту часть столовой, – на губах парня появилась хитрая усмешка.
Интересно, какие у него идеи в голове? Что-то подсказывает, мне они явно не понравятся.
Но выпытывать не стала, этот шалопай не скажет, будет вести свою игру.
Он взял меня за руку и вывел к нашему столу. В глаза сразу бросился недовольный вид Горитора, он явно не обрадовался популярности моей задумки. Значит, предположения верны, ничего хорошего он не замышлял. И скорее всего, не он растрепал всем об идее, наоборот, ему выгоднее, чтобы о ней знало как можно меньше народа. Поэтому сейчас и бесится.
