Обнаженная для тебя (HL)

Конец разговора заглушил рев крови в моих ушах. Кристофер что-то произнес, Гидеон что-то ответил, и дверь снова закрылась. Гидеон приподнял меня, посадил на подлокотник и принялся засаживать в меня свой член, доводя себя до оргазма. Гидеон издал первобытный рык, когда мы завершили этот самый дикий, самый эксгибиционистский сексуальный контакт в моей жизни.

Потом Гидеон отвел меня в ванную, где, слегка намылив мочалку, протер ею мою промежность, а затем занялся своим членом. Забота, проявленная им по отношению ко мне, приятно тронула, подтвердив еще раз, что точно так же, как его желание имело первостепенное значение для меня, мои потребности были важны для него.

— Не хочу больше с тобой ссориться, — тихо произнесла я со своего насеста.

Он бросил мочалку в контейнер для грязного белья, застегнул ширинку и, подойдя ко мне, провел по моей щеке холодными пальцами.

— Да ведь мы вовсе не ссоримся, ангел мой. Мы просто учимся изгонять друг из друга бесов.

— Тебя послушать, так больно все просто, — пробормотала я.

Вроде бы нелепо было говорить о нас как девственниках, но в эмоциональном смысле что-то такое имелось в нас обоих. Мы нащупывали свой путь во тьме, страстно желая преодолеть тягостные, глубоко укоренившиеся комплексы, пытаясь произвести впечатление и упуская при этом тончайшие нюансы.

— Просто или нет, не имеет значения. Мы все преодолеем, потому что нам это нужно. — Он погладил мои растрепавшиеся волосы, приводя их в порядок. — Но лучше поговорим об этом дома. Мне кажется, я понял, в чем суть нашей проблемы.

Его решительность и уверенность снимали беспокойство, изводившее меня последние дни. Закрыв глаза, я расслабилась, получая удовольствие от того, как он играет с моими волосами.

— Кажется, твоя мать удивилась тому, что я блондинка.

— И моя тоже удивилась. Конечно, не тому, что я блондинка, — тут же пояснила я, — а тому, что блондинка заинтересовала тебя.

Он чмокнул меня в кончик носа и провел ладонями по моим рукам.

— Я ведь не того типа, на который ты западаешь.

Его брови выгнулись дугой.

— Я западаю лишь на один тип, и он зовется Ева Лаурен Трэмелл. Это все.

— Ну ладно. Пусть будет так. — Я закатила глаза.

— А это имеет значение? Я ведь с тобой.

— Да нет, не имеет. Просто любопытство. Люди редко отступают от своих привычек и пристрастий.

Встав между моими раздвинутыми ногами, он обхватил меня за бедра.

— К счастью для меня, я, похоже, отношусь к тому типу, который тебе по вкусу.