— Вы собираетесь ходить по лестницам в таком состоянии?
— Леди Клара привела сюда леди Глэдис Фэрфакс, — сказала она. — Вы что, не видели ее?
— Разумеется, я видел Глэдис. Ее невозможно не заметить, как невозможно не обратить внимания на падающий дом или сорокадневный ливень. Я вам сам показал ее.
— Я имела в виду ее манеру одеваться, — пояснила Леони.
— Мне пришлось тут же отвести взгляд, хотя недостаточно скоро. Это было чудовищно, как всегда.
Недостаток дружелюбия Глэдис с лихвой восполнялся ее дурным вкусом.
— Верно, — согласилась мисс Нуаро.
На ее обычно сдержанном лице отразилось возбуждение, такое же необъяснимое, как и бесподобное. — Но я нужна ей. И поднимусь по этой лестнице ползком, если потребуется.
Вот дьявол!
А ведь день проходил так чудесно!
Пустить сюда Глэдис было то же самое, что позволить старому моряку испортить свадебный пир его унылыми россказнями о былых походах.
— Что за глупости! — возмутился маркиз. — Вам нельзя этого делать. Вы помнете свое платье.
Он пересек комнату и, подойдя к мисс Нуаро, предложил ей руку, прежде чем девушка заковыляла к двери.
— Я отведу вас, — сказал Лисберн. — Но если Глэдис нас увидит, это сделает ее еще более язвительной. Просто ядовитой. И вам ни о чем не удастся договориться с ней. Вы действительно хотите ее видеть? Может, лучше отправить к ней одну из тех многочисленных девушек?
— Передать такую покупательницу обычному сотруднику? — Она оперлась на предложенную руку. — Очевидно, что вам многое известно о бизнесе, милорд.
— А вам не помешало бы больше узнать о Глэдис.
Но тут я бессилен, как видно. Некоторые любят набивать собственные шишки.
Он помог ей подняться на следующий этаж, но отступил, как только увидел приоткрытую дверь и услышал голос кузины. Уже громкий и раздраженный."
"В памяти сразу всплыло кошмарное воспоминание о том, как он впервые увидел ее в их доме после похорон своего отца. Прыщавую, угрюмую и дерзкую девчонку пятнадцати лет, которую нельзя было выпускать из классной комнаты. И ее папашу! Знаменитого военного героя, который всеми правдами и неправдами пытался заставить убитую горем вдову согласиться на помолвку ее сына с этим чучелом — его дочерью.
Лорд Боулсворт держал себя так, словно покойный был одним из его офицеров, павшим в сражении, и теперь ему нужно взять на себя командование вместо него, а все эти чужие жены, сыновья и дочери существуют лишь для того, чтобы маршировать по его приказу. После своего возвращения в Лондон Лисберн столкнулся с ней пару раз.
