— Посовав в чемодан фартуки, ночные рубашки, чулки и все в таком роде, та пошла по комнате, чтобы забрать отсюда все, что могла унести. — Она задолжала мне с Иванова дня, вам это известно? И не смотрите так на меня. Хватайте тоже, что можете. Вы же не думаете, что она оставила вам выходное пособие.
— Там, внизу, мужчины. — Мадам Экривье не могла прийти в себя. Она день и ночь работала, чтобы расширить клиентуру и не потерять старых покупательниц, которые по-прежнему благосклонно относились к их ателье. Она сражалась за увеличение прибыли для того, чтобы привлечь более искусных работниц.
Боролась с неэффективностью и претенциозностью и уже видела — небольшие, надо признать — свидетельства улучшения ситуации. Нужно было проявить еще немного терпения. И чуть-чуть подождать.
— Они пришли с исполнительным листом, я не сомневаюсь, — сказала служанка.
Мадам прижала руку к горлу.
Девушка лишь возмущенно фыркнула.
— Вас не потащат на гильотину, глупая вы женщина! Они опишут все, а потом придут еще несколько человек, которые заберут то, что не успели растащить.
Хозяйка заняла у кого-то много денег и решила не возвращать.
— Но это невозможно! — воскликнула мадам. — Что будет с моими клиентками? С моими заказами?
— Она будет тратить то, что вы для нее заработали, неужели не понимаете? На хороший экипаж, на ужины, на ложу в опере и кто знает, на что еще. А я вот знаю совершенно точно, что в ближайшем будущем никто из нас не увидит от нее и простого медяка. Я очень советую вам, забирайте все, что сможете унести, и уходите через заднюю дверь, пока те внизу не поняли, что она дала деру.
Мадам Экривье переехала из Парижа в Лондон, чтобы начать новую жизнь. Ей потребовалось довольно много времени, чтобы понять, что она выбрала себе не ту хозяйку. Тем не менее с головой ушла в работу, и миссис Доунс назначила ее на более ответственное место и повысила зарплату.
Сейчас мадам Экривье пребывала в отчаянии. Она отложила на черный день, сколько смогла, но Лондон — город дорогой, и надолго этих сбережений ей не хватит.
Сегодня никаких денег она не получит.
Однако она не воровка.
Мадам вернулась в демонстрационную комнату и объявила неприятным мужчинам, что миссис Доунс сбежала. Затем сообщила девушкам, что они лишились работы. При этом сделала все, чтобы утешить их, и предложила помочь советом.
Забрав свою шляпку и шаль, мадам Экривье отправилась в «Модный дом Нуаро».
Особняк Уорфорд-Хаус, среда, 26 августа
— Италия, вот еще! — взорвался лорд Боулсворт.
