Обольстительница

– В таком случае кто же тогда, хотел бы я знать…

– Значит, у вас еще есть враги, молодой человек. Это подлые и беспринципные люди.

– Я бы не позволил себе прикоснуться к вашей сестре, сэр, разве что она предстала бы передо мной на поле боя в серой форме конфедерата с ружьем, нацеленным на меня.

– Я вам верю, генерал Мэджи.

Некоторое время Маккензи колебался, внимательно глядя на генерала, потом попросил:

– Расскажите мне о сыне.

В глазах его промелькнула тревога, в голосе послышалась тоска.

– Капитан Маккензи, вы будете в восторге от своего сына.

Вы можете им гордиться. Потрясающий малыш! Весит уже больше десяти фунтов. Очаровательный ребенок. Грива темно-рыжих волос, и глаза ваши. Теперь я это хорошо вижу. Он растет вовсю. Может, мне удастся принести его сюда, показать вам…

– Нет-нет, сэр, спасибо. Не надо приносить моего сына в тюрьму.

– Как скажете. Что же касается Райзы…

– Ее я тоже не хочу здесь видеть, сэр. Энгус помолчал, прежде чем задать вопрос:

– А если вам придется просидеть здесь всю войну?

– Не придется.

Возможно, еще несколько месяцев. А потом меня обменяют. Как я понял, сейчас обсуждаются условия обмена.

– Откровенно говоря, сэр, я молю Бога о том, чтобы вы пробыли здесь как можно дольше. Югу не выиграть эту войну. У нас гораздо больше сил. И кроме того, я надеюсь, что Бог на нашей стороне. Не примите это за оскорбление, сэр. Трагедия этой войны состоит в том, что у южан множество блестящих, умных и храбрых генералов, которые лишь продлевают бойню, оттягивая неизбежное.

Вместе с тем я прекрасно понимаю, что у каждого человека есть чувство собственного достоинства и понятие о чести, капитан Маккензи. Поэтому я и молю Бога, чтобы вы оставались в тюрьме как можно дольше.

– Генерал Мэджи, – ровным тоном проговорил Джером, – не забывайте, мы с вами ведем разную войну. Мы защищаем свои дома и свою собственность, в то время как ваша война захватническая. Если бы намерением Юга было овладеть Вашингтоном, война, вероятно, давно бы уже закончилась. Как это ни печально, но одна из наших целей именно в том и состоит, чтобы продлить мучения, истощить население северных городов.

Если народ поднимется против политиков, возможно, всем нам позволено будет идти собственным путем и обрести наконец мир и спокойствие.

Юг жаждет отделения от Севера, сэр, так же как британские колонии отделились от Британии. Мэджи покачал головой:

– Этого не произойдет, капитан. Я старый боец и ясно вижу будущее. Линкольн человек необыкновенный.