Обольстительница

Джером наклонил голову:

– Благодарю вас. Доверяю вам сестру. Для нее и в самом деле так будет намного безопаснее. Но помните, Холстон, если с ней что-нибудь случится, я вас и в аду разыщу.

– Скажите, капитан, разве я поднял тревогу? Помешал вашему побегу из тюрьмы? Я в долгу перед вашей семьей. А теперь вам лучше идти. Время на исходе.

Джером повернулся к сестре:

Она бросилась ему на шею:

– Иди скорее, Джером. Со мной все в порядке. Беги же. Он кивнул. Выпустил ее из объятий. Они с Холстоном пожали друг другу руки.

Он снова встретился глазами с сестрой. Она взяла Джесса под руку и положила голову ему на грудь.

Джером улыбнулся, едва заметно кивнул, отвернулся от них, отступил в тень. Вскоре он скрылся в темноте.

Сидни подождала еще немного, пока не удостоверилась, что он их не увидит. Со слезами на глазах обернулась к Холстону и попыталась дать ему пощечину.

Он перехватил ее руку. Притянул к себе.

– Простите меня, Сидни. Я просто не мог позволить вам так рисковать.

– Прекрасно.

А теперь отпустите меня.

– Как это нет?! Что вы хотите сказать?

– Я хочу сказать нет. – Он покачал головой, глядя ей прямо в глаза. – Боюсь, что не могу отпустить вас, мисс Маккензи, вот и все. Вы пойдете со мной. Я ведь только что поклялся вашему брату беречь вас.

– Помолчите, Сидни! – Он обвил рукой ее талию. – Ради вашего же блага, мисс Маккензи, хотите вы этого или нет, но вам придется отправиться со мной.

– Никуда я с вами не пойду! Я сейчас позову на помощь. Я закричу!

– Кричите.

А я расскажу тем, кто придет вам на помощь, что группа бежавших из тюрьмы мятежников во главе с вашим братом сейчас переправляется через реку. Черт побери, Сидни! Лучше помолчите.

Сидни стиснула зубы и замолчала. На время.

Райза ненавидела ночную тишину. Ее преследовали воспоминания о пережитом, она вновь и вновь переживала его в своих снах. Ничего нельзя изменить, вот что хуже всего. Она по-прежнему остается преданной янки. Всей душой верит, что основная мощь Соединенных Штатов заключается именно в их единстве.

И так же твердо убеждена, что ни один человек не должен принадлежать другому, и ни один человек не имеет права распоряжаться другим. Это право дано только Богу.

Однако она никогда бы не предала никого из конфедератов – ни своего мужа, ни друзей и знакомых.

Иногда в ночных кошмарах она вновь переживала тот момент, когда схватили Джерома. Снова и снова видела его глаза… то, как он смотрел на нее, когда понял, что дом окружен.