Обольстительница

Он наклонился, глядя ей прямо в глаза.

Райза смотрела ему в глаза, качая головой:

– Это не капитуляция. Я никогда не капитулирую. Глаза ее блестели. Неожиданно она вскрикнула, кинулась ему на шею, вся дрожа. Он крепко прижал ее к себе, потом отбросил одеяло, опустился на нее. Жадно впился в ее губы. Какой ненасытный голод… Ведь они расстались совсем недавно. Она отвечала на его поцелуи с той же страстью.

Господи, как же он сможет ее отпустить?

Он знал, что жаждет того, что не сможет получить. И все равно хотел ее так, как никогда и никого в жизни.

Оторвался от ее губ. Коснулся языком груди, целовал, ласкал, щекотал соски губами, зубами, языком. Она часто и прерывисто дышала, сердце ее бешено колотилось. Она погрузила пальцы в его волосы. Он приподнялся, покрывая ее всю поцелуями. Спустился вниз, лаская языком средоточие ее женственности, ощущая горячую влагу ее страсти.

Он раздвинул ей бедра. Целовал, ласкал, щекотал нежную кожу. Она вскрикнула, рванула его за волосы, впилась ногтями ему в спину, стонала, извивалась под ним.

И наконец содрогнулась в экстазе. Он поднялся над ней, все еще дрожащей, трепещущей. Скинул брюки, вошел в нее, поразившись силе наслаждения, которое испытывал. Он растворился, утонул в ней, овладел ею с небывалой силой страсти. Он хотел ее всю, еще и еще. Чувствуя приближение высшей точки, он обхватил руками ее ягодицы. Толчки все ускорялись, становились все интенсивнее. Пальцы ее впились ему в плечи, она вскрикнула, изогнулась под ним. Он вдыхал сладкий запах ее кожи, смешанный с мускусным запахом совокупления. Он ощущал ее дыхание, слышал биение ее сердца. Казалось, внутри у него что-то сейчас разорвется от желания и отчаяния. Он содрогнулся внутри ее, крепко прижимая ее к себе. Она так же отчаянно прижималась к нему. Внезапно с губ ее сорвалось рыдание. Она ударила его кулачками в грудь:

– Ты враг, ты враг, ты мой враг!

Он нежно обнял ее, снова прижал к себе, долгое время не отпускал, все еще трепеща от наслаждения.

Еще несколько коротких мгновений она принадлежит ему.

Наконец он поднялся, отвернулся от нее, надел брюки, заправил рубашку. Некоторое время стоял молча.

– Как скажете, мисс Мэджи. Я все тот же враг. А вы не капитулируете перед мятежниками. – Он говорил, не оборачиваясь. – Джеремия проводит вас на берег. Вы свободны.

Он вышел из каюты. И из ее жизни.

После ухода Джерома Райза долго лежала неподвижно, пытаясь побороть внезапно возникшее гнетущее чувство.