Оборотень на 8 марта

Горячие пальцы мужчины забрались между нами, и он своими прикосновениями довел меня до стонов полных блаженства, тело уже горело в предвкушении большего, я совершенно  откровенно качала бедрами показывая как мне приятнее и подставляла грудь жаждущему рту оборотня. Он пересел вместе со мной на ступеньку повыше и теперь я по пояс возвышалась над водой. Плеск воды о бортики придавал происходящему экзотики, пар так и поднимался над водой, делая атмосферу еще загадочнее в неровном свете горящих свечей.

Оборотень попытался еще разок отговорить меня, а я иронично посетовала:

- Ну что за оборотни пошли, бедным девственницам приходится уговаривать сделать себя своей парой.

Мой оборотень напрягся, будто не верил моим словам, посерьезнел.

- Ты готова принять меня? - спрашивал мужчина, упираясь головкой во вход, мягко потираясь, вызывая этими действиями целую бурю чувственных ощущений.

Казалось вода вскипает вокруг нас. Ее ласковые прикосновения дарили еще больше наслаждения. Изо рта со стонами вырывались облачка пара.

- Готова.

- Ты готова принять моего зверя? - продолжал пытать меня вопросами оборотень.

- Да, - простонала я, чувствуя как его член сильнее давит на вход в лоно, легкое чувство распирания и удовольствия волной окатили меня, возбуждение мурашками прокатилось по телу.

-  Я люблю тебя, обещаю оберегать, заботиться, защищать от любой угрозы, - он поцеловал меня сладко, а потом тихонько попросил. - Привстань немного, Сонюшка."

"Он поддерживал меня за бедра, тело подрагивало и не слушалось, несмотря на решимость и предчувствие чего-то восхитительного, легкий страх коснулся сознания, но тут же исчез под натиском новых чувств.

Я привстала и почувствовала, как гигантский мужской член медленно погружается внутрь меня. Задохнувшись от распирающего и наполняющего ощущения, почувствовала как сладкое жжение, томление и тяжесть переплелись внутри меня.

Мужчина смотрел мне в глаза, а потом зажмурился, сдерживая стон. Он резко подался бедрами вверх, а меня уколола острая боль, от которой захотелось уйти, освободиться.

Инстинктивно я попыталась встать, убежать. Но Костя крепко держал меня, не особенно осознавая это, он делал короткие толчки, боль все не отступала. Он открыл глаза, глядя в мои и замер внутри. Оборотень сцеловал слезинки сорвавшиеся с ресниц и продолжил поцелуи, пока его губы не нашли мои, а я особенно остро воспринимала его сильно вздымающуюся грудь, тихое порыкивание, звериное, глубинное.