Оборотень по объявлению

Да-да! Я ожидала увидеть что угодно, начиная от тюремных камер и заканчивая баром с полулюдьми, но тут все было так, словно я зашла к кому-то домой. И первой мы наткнулись на кухню, посередине которой стоял огромный стол, уместивший вокруг нереальное количество народу. А на плите стояли кастрюли, скворчали сковородки, рядом суетились раскрасневшиеся от жара женщины. А на нас уставились несколько десятков пар глаз.

Мы замерли, а я не могла видеть выражения Валиного лица, так как она стояла чуть впереди. Не прочитать эмоций, нормально ли все происходящее или нет… Туда мы попали вообще? Может, позднему ужину какого-то клана помешали, судя по численности?

К нам поднялся худенький мужчина в возрасте, почтительно склонил голову перед Валей, а на меня посмотрел с великим подозрением.

— Лена, моя подруга, — кивнула Валя, беря меня под руку, подталкивая, чтобы я сделала шаг навстречу.

— Здравствуйте… — кроме этого я и не знала, что сказать.

— Валя ради тебя потратила свой шанс, ты должна этого стоить, — прямо глядя в мои глаза, сказал он.

Я так и не смогла определить, сколько ему лет. Неглубокая паутина морщин вокруг глаз делала его похожим на старого пройдоху-лиса из мультика моего детства. Забавная вязанная жилетка, такая домашняя, надетая на рубашку в клетку. Штаны со стрелками, удобные мокасины… Все это я успела рассмотреть, пока он вел нас к диванам, куда попросил по пути подать чай.

Он важно сел, ни на секунду не кривя спину и не отрывал от меня глаз:

— Ты знаешь о нас, — констатировал он.

Я мельком взглянула на мотающую из стороны в сторону головой Валю, но ответила, как есть:

— Если вы — волки, то да, я знаю о вас…

Он забавно крякнул, хлопнув по коленям.

— И этого достаточно. Знать, что не только вы одни есть на свете, — он замолчал, задумавшись, а мы не смели прерывать молчание. Позади голосили остальные «члены семьи»(по-другому у меня их просто язык не поворачивался назвать), несмотря на поздний час бегали дети.

Поднос звякнул о стеклянную поверхность кофейного столика, и мужчина ожил:

— Не буду тебе говорить о том, как важно сохранять все в тайне, — вспомнил обо мне он.

Я растерянно посмотрела на Валю, которая сосредоточенно мешала ложкой чай. Могла ли я все рассказать? А что, если сделаю только хуже? Если они по «ту сторону», то мне определенно стоит их опасаться и держать ухо востро.

— Неприятности, — начала я.