Оборотень по объявлению

А я не тот, кто отказывается от своих слов, — голубые глаза с тоской посмотрели на меня, говоря правду. Он сожалел о заключенном договоре, чтобы там сейчас не утверждал.

Посвящать в его тонкости меня никто не собирался. Ну да ладно.

Я взглянула вниз, на недовольную Полину и поглядывающего на нас Тимура, играющего небольшим булыжником в руке, способным разбить стекло, и отвернулась. Пусть знает наших. А то будет думать, что я за ним слежу…

— Выпьешь со мной по чашечке кофе? — спросила я, почувствовав себя должной блондину.

Я до этого не понимала, как давит на меня вся эта история с невольным притяжением. И когда опасность миновала — у меня как камень с души упал. И голова была забита другими мыслями. Например, о том, что Стас потерял отца, возглавил стаю, да еще я на его голову со своими проблемами…

— Конечно, — он засиял. — Давай я сам за тобой поухаживаю.

Я кивнула, улыбаясь. Села за стол и, пока он заваривает ароматные напитки, решила начать с главного:

— Прости, что избегала тебя.

— Я все понимаю, Лен.

— Надо, Стас. Я должна тебе объяснить.

Блондин вздохнул, и ложка звонко застучала по стенкам кружки. Он почесал ухо, свел брови, но приготовился слушать.

— Я хотела сказать тебе спасибо. За помощь и отзывчивость, — я сделала паузу и добавила:- И за кровь.

— Вот уж за что не надо!

— Это ты из-за отца получила заражение, поэтому — мы квиты. — Он сел напротив меня и, наконец, расслабился. Глаза выдавали усталость, и мне стало стыдно.

— Как новая должность? — Может, я неправильно выразилась, но он меня понял, рассмеявшись.

— Все оказалось одновременно и проще, и труднее, чем я думал. Проблемы возникают там, где я их совсем не ожидал. А там, где предполагал — наоборот, все тихо да гладко.

— У тебя круги под глазами… Тяжело дается все это? — я обвела взглядом дом, сад.

— Это — уже неотъемлемая часть меня. Я варился в этом с самого детства…

— Но не хотел, — припомнила я, готовая прикусить собственный длинный язык.

— Не хотел, — согласился со мной Стас, открыто глядя в глаза.

— Согласна. Твой отец достоин того, чтобы спокойно уйти.

Стас от моих слов досадливо скривил губы, посмотрев в чашку.

— Ты умеешь гадать на кофейной гуще? — вдруг спросил он.

— Но это же не сваренный кофе, — я была немало озадачена, видя, как он вглядывается в дно кружки.