Оборотень по объявлению

И пусть у нас разные весовые территории, я сейчас чувствовала в себе такие силы, что не сомневалась в себе.

— Эм-м-м, там была пара ритуальных фраз… — он подбирал слова. — Но ты не переживай, по человеческим законам нам все еще предстоит! Я все сделаю как надо, обещаю!

— А ты никого спросить о согласии не забыл?

— Но ты уже согласилась! А людской брак — формальность! — возмутился он, а потом сам пожалел об этом. Потому что я была ошарашена и зла!

— И сколько я уже замужем? — спросила обманчиво тихо.

— Неделю как… — Тимур следил за каждым моим движением, но не думал менять свое положение на лопатках, позволяя мне чувствовать себя ненадолго главной.

И это немного гасило мой пыл, но пусть не обольщается!

— Беги! — пригрозила я, но он мужественно остался. И я мучила его всю ночь напролет, и на рассвете он взмолился о снисхождении.

— Есть еще что-нибудь, чего я не знаю? — я выплеснула уже всю энергию и обессиленная лежала на плече мужчины.

— … я лучше промолчу. Знаешь ли, дорогая… не люблю врать…

Станислав Суворов сидел в родовом особняке и мешал ложкой остывший кофе.

Дом неуловимо изменился за эти десять лет, пока он вел стаю вперед. Его волки процветали, а их численность возросла вдвое с момента изобретения приложения по поиску подходящих человеческих девушек и женщин. Только он так и остался одинок.

Даже Полина обрела себе недавно неожиданную пару — воспользовалась приложением, применяемым до этого только мужчинами из стаи, и нашла себе человеческого жениха. Бизнесмена, из которого у девушки не получалось вить веревки.

Сам Стас сначала был категорически против выбора сестры, но потом осознал, что своими руками опять может разрушить счастье, и остановился. Он больше не хотел совершать прошлых ошибок. И у Полины, как у дочери бывшего главы стаи, и как у сестры нынешнего, был шанс спокойно жить в человеческом мире. И теперь они готовились к свадьбе.

Оборотень стоял в пустой комнате, которая раньше была кабинетом Лены, и смотрел на пятно кофе на ковре. Все эти годы он запрещал кому-либо уносить его в химчистку.

Со временем убрали мебель, но коричневый след на ковре напоминал ему о первой встрече с девушкой.

Теперь он останется в особняке без сестры. Ее Михаил хочет, чтобы они жили в его доме, и Стас не стал вставлять палки в колеса, прислушиваясь к желаниям сестры. За эти годы она смягчилась, стала женственнее. Хотя было дело, рвалась первой «в бой».

Альфа стаи вышел из комнаты и попросил у Егора:

— Вынеси ковер.