Оборотни клана Морруа

Настойчивые ухажеры в человеческой ипостаси почти добежали до нас, когда я, наконец, завела трясущимися руками свою малышку и ударила по газам, чуть не сбив их. И только когда огни клуба скрылись за поворотом, и я не обнаружила погони, облегченно выдохнула:

– Уф-ф-ф-ф, на этот раз пронесло!

Заметив удивленный и вместе с тем недовольный моей выходкой взгляд подруги, я передернула плечами, сбрасывая напряжение и показывая, что не желаю больше разговаривать на эту тему. Судьба в очередной раз сделала подарок – увела меня с опасного пути, и я очень ей благодарна.

Волосы шевелились на затылке, пока я быстро, но без суеты, шла от парковки до входа в Экол Фармасьютикалз. Рабочий день только начинается, а я уже вся на нервах. Последние три дня, с того злополучного похода в клуб, не покидает ощущение, что за мной следят. И это чувство, сначала отвергнутое мной как следствие паранойи, все-таки заставляет вставать дыбом волоски на моем теле и посылает по спине волны холодных мурашек. Кажется, я постоянно ощущаю запах своего страха, мерзкий и липкий.

Впервые за четыре года работы на Экол Фармасьютикалз я решила взять отпуск полностью. Несмотря на сложнейшие испытания новейшего препарата в составе группы специалистов, выносить неприятное чувство слежки ни сил, ни нервов больше нет. Поэтому сразу направилась к руководителю, чтобы не растерять остатки решимости.

Целый час пришлось вести переговоры с руководителем группы. Он то обещаниями всех земных благ, то завуалированными угрозами пытался уговорить меня закончить работу, а потом отдыхать сколько душе угодно.

Моей душе было угодно сейчас, в результате мы «сторговались» на неделю отпуска, о чем я сразу объявила коллегам. Как ни странно, меня поняли и даже не особо роптали по поводу внепланового отдыха, потом и вовсе вместе помечтали о том, кто, где и как провел бы свои веселые беззаботные денечки. Я решила слетать на Гавайи и отдохнуть на пляже, занимаясь исключительно ничегонеделаньем.

На сборы и покупку билетов ушла вторая половина дня.

Неприятное чувство слежки пропало, на смену ему пришло облегчение и мысль, что Джен, возможно, права: у меня на почве слишком длительного воздержания и «гипертрофированной трусливости» разыгралось воображение, соответственно добро пожаловать моя личная паранойя. Собрав вещи, выставила сумку в коридор, заказала такси и с чувством выполненного долга легла спать. Завтра будет довольно тяжелый день и длительный перелет.