Оборотни клана Морруа

Рене, довольно хмыкнув, приподнялся вместе со мной и стащил свои штаны и ботинки. Вскоре я начала всхлипывать от удовольствия. Одной рукой он ласкал меня между ног, второй – мял и поглаживал мою грудь. А когда я в голос застонала, чувствуя приближение разрядки, он вошел в мое лоно, усилив ощущения в разы и заставив кричать от наслаждения. Резкие движения внутри превратились в волнообразные, и меня буквально поднимало то вверх, то вниз.

Очень скоро меня накрыло повторной волной, а вместе со мной и Рене, который, выплескивая свое удовлетворение, яростно и громко зарычал, напрягаясь всем телом и взрываясь во мне горячим вулканом.

Мы не смогли разъединиться, я привалилась к нему, восстанавливая дыхание, пыталась осознать силу нашего удовольствия и притяжения. Одного его касания оказалось достаточно, чтобы я загорелась. Моя волчица признала его волка своей парой еще вчера, а моя человеческая половина среагировала на него в первый же раз, как увидела. Только страх и неуверенность не позволили отдаться чувствам, зато у нас с волчицей было время познакомиться поближе, привыкнуть и понять, что из себя представляет харизматичный оборотень, невероятным образом «всплывший» среди джунглей.

Рене позволил мне лишь немного отстраниться и сползти по нему чуть ниже, чтобы удобнее устроиться на нем, уткнувшись носом ему в грудь. Я потерлась о нее щекой, лизнула, а потом неожиданно для себя глубоко зевнула. Столько всего случилось за день, я так устала и была не прочь подремать, но над макушкой раздался мягкий бархатный баритон Рене:

– Родная, оденься.

 – Он ласково поглаживал меня по спине. – Если ты заснешь, я тебя просто занесу в вертушку. Не хочется, чтобы на мою голенькую девочку пялились веры. Мои нервы не железные!

По-прежнему сидя у Рене на коленях, я специально неторопливо надела штаны и майку, долго завязывала шнурки на кедах идеальным бантиком. Кожей чувствуя, что терпение придерживающего меня за талию мужчины не железное. Посмотрела ему в лицо: в густых сумерках глаза вера полыхали диким огнем.

Потом подумала, привстала и, лукаво улыбаясь, предложила:

– Давай тогда и тебя оденем, не полетишь же ты голяком?

Рене усмехнулся и с трепетом коснулся метки на моей шее возле ключицы. Погладил след от укуса, который теперь навсегда останется на мне, ведь он, конечно же, будет тщательно следить за ее обновлением. Затем быстро натянул штаны и ботинки и сразу же вернул меня на место – свои колени.