Оборотни клана Морруа

Рэнулф, наверняка представляя выражение лица своего невидимого собеседника, ехидно ответил:

– У меня, зятек, на подобные игры времени нет! Поэтому хочу знать: самка по имени Илана действительно является подругой твоего кузена Рене или меня ввели в заблуждение?

Из телефона раздалось рычание. Судя по смягчившемуся взгляду Рэнулфа, «зятек» подтвердил мои слова, поэтому он прервал его яростный отклик:

– Ты знаешь, где моя территория. Доунс рядом. У вас мало времени, иначе мне все придется делать самому.

Девочка со мной и Трейсом, скажи Рене, чтобы поторапливался, но сгоряча не перегрыз нам глотки.

Закончив разговор, Рэнулф уставился на семерых обнаженных веров, мнущихся неподалеку от нас под убийственным взглядом Трейса. Один из знакомых в прошлом, оборотень по имени Джон вышел вперед и грубо пробасил:

– Это наша самка и она пойдет с нами!

Рэнульф приподнял бровь, Трейс даже не дернулся, а мне оставалось только наблюдать, молча стоя рядом с ними, моими неожиданными, но грозными защитниками.

Джон дернулся в мою сторону, но холодный равнодушный голос Рэнулфа остановил его, заставив замереть на полдороге:

– Мистер, не торопитесь, эта самка принадлежит клану моего зятя, она пара моего друга и свободная женщина, которая сама решает, с кем остаться. – Затем он слегка повернул голову в мою сторону и так же бесстрастно спросил: – Миссис, вы пойдете с ними или останетесь с нами?

Я отчаянно замотала головой и прохрипела:

– Нет, нет, сэр, я останусь с вами! – Сама не знаю зачем, на всякий случай что ли, добавила: – Спасибо!

Рэнульф снова перевел тяжелый взгляд на голых веров и безапелляционно заявил:

– Джентльмены, она остается с нами! Теперь что касается вас.

Псы! По закону любой стаи, в любой стране мира я, лорд Рэнулф Макгрант, могу вызвать вожака на бой, если выиграю – стая моя. Отказ означает мою победу. И еще, если вы не в курсе, это Закон вервольфов, за его нарушение накажут любого. Среди вас есть желающие помешать мне в скромном желании размяться с вашим вожаком?

Слушая спокойную, уверенную речь этого невообразимого вера, я нисколько не сомневалась: он знает, о чем говорит, и точно знает, что выиграет.

Семь оборотней напротив почти не уступают в комплекции Макгранту, но тем не менее практически готовы оголить свои глотки, признавая нового вожака и выказывая ему уважение.

Среди оборотней слишком чувствуется расслоение на сильных и слабых. Существует жесткая вертикаль власти.