Оборотни клана Морруа

А вот тебе придется прожить не одно столетие, чтобы твое тело приобрело хотя бы половину способностей веров. Впрочем, тебе это практически не понадобится, ведь ты самка и в боях участвовать не будешь.

Мне оставалось только удивленно хватать ртом воздух, пытаясь переварить полученную информацию. Особенно о продолжительности жизни оборотней. Недолго думая, я выпалила:

– Ник, сколько тебе лет?

И пристально уставилась на него, прикидывая, на сколько же он выглядит, если по человеческим меркам тянет только на тридцать.

Его ответ намертво прибил меня к стулу, а мою челюсть к столу:

– Мне триста двадцать два, братьям, – он кивнул на них, – по триста, Изабель – четыреста тридцать восемь, Коннору уже семьсот сорок, а вот его отцу Рэнулфу недавно стукнуло тысячу четыреста тридцать шесть лет. Кстати, близнецам Коннора и Изабель по восемьдесят шесть, они такие же малолетки, как ты. Я думаю, вы найдете общий язык. – Немного помолчав, заметив, что вызвал у меня информационный шок, Ник с улыбкой продолжил: – Не волнуйся, я не старик, как тебе сейчас кажется.

Веры, как вино, с возрастом становятся только крепче и вкуснее.

Николас лукаво посмотрел на меня, а потом они вчетвером оглушительно заржали. Отсмеявшись, Ник продолжил:

– Ну а теперь отвечу на твой вопрос: зачем? Ты же понимаешь, что природа никогда ничего не дает просто так. Мы получили практически бессмертие и неуязвимость, и если бы мы еще и размножались, как люди, то скоро на земле кроме нас никого бы не осталось. Поэтому природа ввела сдерживающий фактор: чтобы обзавестись потомством, мы должны быть полностью совместимы со своей женской половиной.

Парой. Ее мы узнаем по запаху, на который срабатывает инстинкт. После спаривания со своей половиной, извини за грубость, стоит только на нее, поэтому мужские измены полностью исключены.

Ник перевел дыхание, а Трейс, разливавший чай, добавил:

– Женская верность не гарантирована, дамы веров подобной фигней не страдают.

– Ну и самое печальное, – объявил Николас, – дети у нас рождаются редко, чаще мальчики, чем девочки.

Да еще наша волчья натура, сама понимаешь, спокойную жизнь исключает. Вот и страдает наш генофонд и общая численность. Мы заинтересованы в тебе, потому что ты женщина-вер, причем свободная и ничейная. Может так случиться, что среди нашего клана ты найдешь свою пару. Но даже без потомства сможешь осчастливить любого вера присутствием в его долгой и чаще всего бессмысленной жизни, став центром его вселенной.