Оборотни. Легенды и реальность. Проклятая кровь

Друзья медленно брели и наконец вошли в сад Санроша. Фероль указал на свой мешок: «Я прихватил лапу зверя с собой, — сказал он, — так что ты сможешь убедиться в правдивости моего рассказа». Он склонился над мешком, стоя спиной к другу, так что Санрош не мог сразу увидеть, что тот вытаскивает. Сдавленно вскрикнув, охотник что-то уронил на траву. Он повернулся, и Санроша поразила его смертельная бледность. «Я ничего не понимаю, — прошептал Фероль, — ведь это же была волчья лапа!» Санрош нагнулся, и его тоже охватил ужас: на траве лежала только что отрубленная кисть человеческой руки.

Его ужас еще усилился, когда он заметил на мертвых изящных пальцах несколько перстней. Один из них, искусно сделанный в виде спирали и украшенный голубым топазом, он узнал. Это был перстень его жены.

Кое-как отделавшись от совершенно сбитого с толку Фероля, Санрош завернул кисть в платок и, спотыкаясь, поплелся домой. Его жена уже вернулась. Слуга доложил, что она отдыхает и просила ее не беспокоить. Зайдя в спальню жены, Санрош нашел ее лежащей в кровати в полубессознательном состоянии.

Она была смертельно бледна. На простынях виднелась кровь.

Вызвали доктора, и он смог спасти жизнь госпожи Санрош искусной обработкой раны: кисть ее руки оказалась отрубленной. Санрош провел несколько мучительных недель, прежде чем решил поговорить с женой об этой истории. В конце концов несчастная женщина призналась, что она — оборотень. Видимо, Санрош был не очень хорошим мужем, поскольку он пошел к властям и донес на нее.

Началось судебное разбирательство, и после пыток женщина созналась в своих злых делах. Вскоре мадам Санрош была сожжена у столба, и больше Оверньи оборотни не тревожили.

Эта история в том или ином варианте сохранилась во многих средневековых книгах и устных рассказах. Определенно, это одно из наиболее ярких повествований как об оборотнях, так и о жестокости средневековых нравов.

В XVI веке во Франции, в Лавдах, возле деревушки Сен-Север, на людей стал нападать огромный волк.

Он убивал и утаскивал с собой людей. Позже находили их останки — с вырванным сердцем и часто разорванных буквально в клочья. Это происходило так часто, что люди стали бояться выходить из своих домов даже днем. Но волк вытаскивал своих жертв даже из их собственных дворов.

Наконец его поймали. Однако это оказался не волк, а человеко-волк. И даже для тех времен, когда оборотней в Европе было хоть пруд пруди, случай был уникальный.