Обращаться с осторожностью

Такой бы точно надела Эмма.

Вместо того чтобы вернуть его на вешалку, я сунула в карман, рядом с мусорными мешками. Вцепилась в лифчик ладонью, проверяя, не смотрит ли продавщица. Атласная ткань холодила мне кожу. Клянусь, под ней словно билось спрятанное сердце!

— Уверена, что с тобой все в порядке? — снова спросила женщина.

— Да, — с легкостью соврала я.

Как бы сильно я сейчас ни испытывала ненависть, но я все же была дочерью своей матери.

Я всегда говорила, что лучшее в моей работе — это то, что не я ее делаю: все зависит от будущей матери, а я лишь держу под контролем все, что происходит, и помогаю, чтобы все прошло гладко.

— Хорошо, Лила, — сказала я, убирая руку с промежности пациентки. — Раскрытие на десять сантиметров. Уже скоро. Теперь надо потужиться.

Она покачала головой:

Роды длились уже девятнадцать часов, и я прекрасно понимала, почему она отступала.

— Ты такая красивая, — залепетал ее муж, придерживая жену за плечи.

— А ты такой мешок с дерьмом! — зарычала Лила, но, когда подошел новый спазм, стала тужиться.

Я увидела головку ребенка на подходе и подставила руку, чтобы он не выпрыгнул слишком быстро и не порвал ей промежность.

— Еще, — настойчиво сказала я.

На этот раз головка стремительно понеслась вперед, как поток. Увидев рот и нос, я убрала слизь. Вся голова вышла полностью, я сняла пуповину, поддерживая ее и разворачивая ребенка, чтобы направлять плечи. Через пять секунд ребенок уже лежал у меня на ладонях.

— Это мальчик, — сказала я, когда он здоровым криком заявил о своем присутствии.

Муж Лилы перерезал пуповину.

— Ах, дорогая! — произнес он, целуя жену в губы.

— Дорогой, — отозвалась Лила, когда ее новорожденного сына медсестра положила ей на руки.

Я улыбнулась и вернулась к своему месту у подножия родильного кресла. Теперь настал черед менее торжественного момента: подождать, когда, словно запоздавший гость, появится плацента, потом проверить вагину, шейку матки и вульву на предмет разрывов, если нужно — зашить, провести цифровой анализ прямой кишки.

Через десять минут я поздравила счастливую пару, сняла перчатки, помыла руки и направилась в кабинет заполнять горы документов. Я едва сделала два шага за дверь палаты, когда ко мне приблизился мужчина в джинсах и рубашке поло. Он выглядел потерянным, как отец, который искал палату своей жены.