Обращаться с осторожностью

Если в магазине или аптеке я могла наткнуться на бывших пациентов, то в «Обушоне» я безмятежно гуляла по рядам, сохраняя полную анонимность. Я ездила туда три-четыре раза в неделю и разглядывала лазерные уровни и биты для дрели, ровные, как солдатики, ряды бруса два дюйма на четыре, раздутые пузырьки клея и их изящных соседей, медные трубы. Я садилась на пол с образцами красок и шептала названия цветов: «Малбери вайн», «Ривьера ажур», «Кул лава». Они казались фотографиями с мест для отдыха, куда я всегда хотела поехать.

«Ньюберипорт блю» был из коллекции исторических цветов Бенджамина Мура. Темно-синий цвет с серым оттенком, похожий на океан во время дождя. Вообще-то, я бывала в Ньюберипорте. Как-то летом мы с Шарлоттой сняли домик на Плам-Айленд для наших семей. Ты была еще маленькой, и поехать на отдых с вещами казалось тогда проще, как и пробираться сквозь высокую траву до пляжа. Казалось бы, идеальное место для отпуска: мягкий песок смягчил бы твое падение, Эмма и Амелия могли притвориться русалками, вплетая в волосы водоросли, которые выбрасывало на берег, а Шон и Роб могли приезжать к нам в свой выходной.

Мы не предусмотрели лишь один пункт: от ледяной воды пронзало внутренности, даже если ты стоял в ней по щиколотку. Вы, девочки, плескались в приливной заводи, достаточно мелкой, чтобы солнце успело прогреть воду, но мы с Шарлоттой там бы не поместились.

Поэтому в воскресный день, когда парни забрали вас на завтрак в «Безумную Марту», мы с Шарлоттой решили поплавать на буги-борде, хотя это могло закончиться сильной гипотермией.

Мы дрожали в гидрокостюмах («Они же должны быть облегающими», — сказала я Шарлотте, когда она застонала из-за размера своих бедер), но все равно понесли доски к воде. Я окунула ногу и ахнула.

— Ни за что! — отпрыгнула я.

Шарлотта усмехнулась:

— Уже мороз по коже?

— Очень смешно, — сказала я, но, к моему удивлению, она пошла навстречу волнам, высоко шагая, такая же невозмутимая, как и они, потом поплыла до той черты, где можно было покататься.

— И как там? — крикнула я.

— Совсем как после эпидуральной анестезии. Ничего не чувствую ниже талии! — крикнула она в ответ, и вдруг океан всколыхнулся, вздулась одна длинная мышца, которая подняла Шарлотту на ее доске и отправила, вопящую, на сушу, к моим ногам.

Она встала и убрала волосы с лица.

— Трусиха, — упрекнула она, и, чтобы доказать ей обратное, я задержала дыхание и пошла в воду.