Обращаться с осторожностью

Народу там почти не было из-за удаленного расположения. Только одна семья с малышом в «ортопедических штанах» — бедный ребенок смотрел на пингвинов в их искусственной среде обитания.

— Как думаешь, они знают об этой несправедливости? — спросила я. — Что у них есть крылья, но они не могут летать?

— В отличие от скелета, который разваливается? — сказал Адам.

Он повел меня в другой зал, в стеклянный тоннель. Здесь сиял зловещий синий свет, повсюду плавали акулы. Я подняла голову и посмотрела на нежно-белый живот, острый алмазный ряд зубов.

Адам прислонился к стеклянной стене, глядя на прозрачный потолок.

— Я бы не стала этого делать. А что, если оно разобьется?

— Тогда у зоопарка Омахи большие проблемы, — засмеялся Адам.

— Давай посмотрим, что еще здесь есть.

— Куда ты торопишься?

— Я не люблю акул, — призналась я. — Они меня до чертиков пугают.

— Мне кажется, они великолепные создания, — сказал Адам.

Я внимательно посмотрела на его лицо, освещенное синим светом аквариума. Глаза Адама были цвета воды, насыщенно-кобальтового оттенка.

— Знаешь, останков акул практически никогда не находят, потому что они состоят из хрящей и быстро разлагаются. Иногда мне любопытно, может, и с людьми вроде нас так же?

Я вдруг разрыдалась, будучи психом, обреченным прожить всю свою жизнь в одиночестве с дюжиной котов.

— Эй… — произнес Адам и привлек меня к себе. В его объятиях было уютно, но в то же время непривычно. — Прости. Правда очень глупо так говорить. — Одна его рука лежала на моей спине, разминая каждый позвонок. Вторую он запустил мне в волосы. — Уиллоу? — позвал он, потянув за хвостик, чтобы я посмотрела на него. — Поговори со мной.

— Я не Уиллоу! — выпалила я. — Так зовут мою сестру. У меня даже НО нет. Я соврала, потому что хотела побыть на том занятии.

Его пальцы легли мне на шею.

— Я прогуглил вашу семью во время перерыва после урока сексуального воспитания. Я прочел все про твою маму, этот иск, твою сестру, которой как раз столько лет, сколько и говорят в блогах НО.

— Я ужасный человек, — призналась я. — Прости меня, прости! Я не та, кем ты хотел меня видеть.

Адам спокойно смотрел на меня:

— Нет, ты лучше. Ты здоровая.