Обращаться с осторожностью

Просто хочу быть на связи, если с Уиллоу что-то случится.

Мы обменялись вежливыми улыбками.

— Нам еще… стоит подождать вашего мужа?

Шарлотта покраснела:

— Он не придет сегодня на встречу.

Если честно, когда Шарлотта позвонила мне и попросила увидеться, чтобы поговорить об иске, я удивилась. Шон О’Киф предельно четко обозначил свою позицию, когда вылетел из кабинета Боба. Телефонный звонок Шарлотты указывал на то, что он успокоился и готов подать иск. Однако, глядя сейчас на женщину, я забеспокоилась:

— Но он ведь хочет подать иск, верно?

Она заерзала на стуле:

— Разве я не могу сделать этого сама?

— Очевидно, что ваш муж все равно рано или поздно об этом узнает, но есть и законные основания.

Вы с мужем оба несете ответственность за заботу и воспитание Уиллоу. Допустим, вы сами нанимаете юриста и выигрываете дело у врача, а потом вас сбивает машина. Ваш муж может вернуться и подать иск на врача самостоятельно, потому что он не был участником иска, что не освобождает врача от ответственности в будущем. По этой причине любой ответчик будет настаивать, чтобы подаваемый иск или процесс в суде включал обоих родителей. Даже если сержант О’Киф не хочет участвовать, его все равно привлекут — вызовут в суд, чтобы исключить дальнейшие иски.

— Понятно, — нахмурилась Шарлотта.

— С этим будут проблемы?

— Нет, — сказала она. — Никаких проблем. Но… у нас нет денег на услуги юриста. Мы еле сводим концы с концами, учитывая нужды Уиллоу. Поэтому… поэтому я сегодня пришла поговорить об иске.

Каждая адвокатская контора, занимающаяся исками, включая фирму Боба Рамиреса, сперва оценивает расходы и прибыль. Поэтому мы так долго не перезванивали О’Кифам после первой встречи: я просматривала жалобу с экспертами, делала комплексное исследование, изучала схожие иски и суммы выплат. Если я понимала, что предполагаемая компенсация хотя бы покрывает наши расходы и услуги экспертов, я звонила будущим клиентам и сообщала, что их жалоба имеет веские основания.

— Вам не нужно беспокоиться о гонораре адвокатам, — спокойно сказала я. — Это часть компенсации. Однако вы должны знать, что большинству исков о неправомерном рождении присуждают меньшую компенсацию, чем было заявлено для жюри присяжных, потому что страховые компании по врачебным ошибкам не хотят огласки в прессе. Из тех исков, которые идут в суд, семьдесят пять процентов получают компенсацию в пользу истца.