— Чтобы спасти нашего духовного пастыря от верной смерти, а божьего посланника от гнева Повелителя, брат Лю взял на себя смелость обездвижить его.
— Ага, — опять не удержался от комментария Шеллар, — и на этом его взятая смелость закончилась. Если я вас верно понял, в данный момент господин наместник все еще стоит посреди двора, не только не оставив своих кровожадных намерений, но и значительно их расширив, а вы не знаете, что со всем этим делать.
— Знаем, — коротко возразил брат Чань. — Потому и обратились к вам.
В его теперешнем состоянии господин наместник не способен адекватно оценить происходящее и понять, что, во-первых, братья ни в чем не виноваты, они всего лишь исполняли свой долг; во-вторых, еще одни выборы первосвященника окончательно дестабилизируют ситуацию; в-третьих, откровенное нарушение приказа Повелителя будет иметь весьма печальные последствия для самого наместника.
— И никто, кроме меня, не может ему этого объяснить? Вот вы, например? Чего вы боитесь, он же обездвижен?
— Я не засек начальное время… — виновато вставил брат Лю.
— Понимаете, не до того было…
— Я все понимаю, кроме одного, — раздраженно произнес Шеллар. — Почему всякий раз, когда какой-нибудь болван доведет господина наместника до состояния боевого безумия, вы обязательно обращаетесь ко мне, словно я нянька или укротитель? Неужели никто больше не способен поговорить с ним по-человечески?
— К сожалению, наставления и увещевания он выслушивает только от вас, — заметил глава департамента, и советнику почудился в его словах нехороший намек.
— И теперь я должен позориться сам и позорить наместника, играя с ним в целителя и душевнобольного посреди двора, на глазах у подданных, ибо снимать с него заклинание вы не посмеете, пока он не уймется. Премного вам благодарен. Вы находите, что подобная обстановка располагает к задушевным беседам и что кто-либо вообще способен успокоиться, пребывая в столь унизительном положении?
Брат Лю еще ниже опустил голову, демонстрируя неимоверную глубину своего раскаяния.
Брат Чань, настроенный более конструктивно, чуть шевельнул бровью и предложил вместе обдумать детали.
— Да хотя бы уберите его оттуда, пока мы будем обдумывать, — посоветовал Шеллар. — Отнесите домой, уложите в постель…
— А не укусит? — засомневался глава департамента.
— Согласитесь, брат Чань, если он укусит, скажем, брата Аркадиуса или брата Лю, это будет вполне справедливо и заслуженно.
