И наверняка пришел не потому, что так уж переживал за целость их шкур, а на случай, если расстроенному наместнику понадобится его поддержка, или совет, или просто кто-то, способный выслушать. Никому другому из братьев это и в голову бы не пришло…
— Они тебе рассказали? — уже спокойнее спросил Харган, понимая, что рычать на советника и неумно, и несправедливо.
— Да. Жаль, что так получилось, но кто мог знать, что брат Аркадиус настолько глуп и недальновиден?
— Ты думаешь? — неохотно отозвался Харган.
У него было иное мнение на этот счет, но заводить спор с занудой Шелларом не хотелось. В голове волнами колыхалась тупая, мутная боль, и почему-то отчаянно ломило хвост, которого не было.
— А вы подозреваете, что это был обдуманный и заранее просчитанный ход с его стороны? Тоже вероятно, но с трудом верится, что он не просчитал возможную опасность подобного шага. Он ведь прекрасно знает — в ярости вы не владеете собой и не способны помнить даже о запрете Повелителя.
Разве что рассчитывал на вашу полную отставку…
— Или на казнь.
— Это уж слишком, на мой взгляд."
"Харган поколебался пару мгновений — стоит ли об этом говорить, или же советник может воспринять излишнюю откровенность как малодушные жалобы? Затем решил, что Шеллар, в конце концов, затем сюда и пришел — жалобы послушать и чего-нибудь успокоительного наговорить, дабы наместник не ринулся искать других способов утешения и не осиротил в процессе весь орден.
Да и, честно говоря, хотелось сказать хоть кому-нибудь, чтобы не носить обиду в сердце, даже если потом о его словах опять донесут Повелителю.
— Слишком или нет, а готовить мне замену он взялся еще раньше, чем узнал о моем ослушании. Видимо, я не оправдал его надежд и списание неудачного творения давно рассматривалось как вариант.
— Он сам вам об этом сказал?
— Нет. Но когда Повелитель призывает демона, это слишком выдающееся событие, чтобы его не обсуждали потом на каждом углу благоговейным шепотом.
— Он мог сделать это с иной целью.
— Мог. Но сделал именно с этой.
Советник опустил глаза, словно этот разговор его смущал.
— Следовательно, вы сказали неправду. Вернее, не всю правду. Но я вас не осуждаю. Вам и в самом деле стоило умолчать об истинном источнике информации, я ведь могу не сохранить его в тайне.
