Обратной дороги нет

В принципе, принятыми решениями остались довольны все стороны, и женщины, и командиры. Более того, Павел Аркадьевич, например, вообще вздохнул с облегчением, когда с его плеч упали заботы о быте магаданцев. С остальными жителями Форт-Росса всё обстояло гораздо проще. Все выходцы из шестнадцатого века выросли в общине, и у них даже мыслей не возникало спорить с её главой. Тем более что командиры своей деятельностью наглядно доказали заботу о людях, даже пленниках, ставших инвалидами. По разным причинам среди выживших татар оказались почти полсотни инвалидов.

Кому Валентин ампутировал руку или ногу, раздробленную картечью, кто оглох, семеро ослепли, у нескольких ноги отнялись после ранения позвоночника.

Кучумцы ожидали вполне привычной участи для таких пленников – быстрой смерти или «милостивого освобождения», что означало голодную смерть в лесу. И не могли поверить своим глазам, когда магаданцы оставили калек у себя, более того, дали им работу по мере сил и возможностей, чтобы инвалиды не просили милостыню, а честно зарабатывали свой хлеб, не считая себя тягостью для других.

Безногие удачно вписались в конвейер по производству ружей, занимаясь обработкой деталей или сборкой механизмов. Глухие ушли в кузнечное производство, там всё равно стоял такой шум, что их инвалидность никто не замечал. Одноруких инвалидов затребовали себе в помощники учителя, писать мелом на доске одной рукой так же легко, как и двурукому, тот тоже одной рукой пишет. Оставались слепые, пока их ставили в ночные дежурства по охране острога, слушать. Но на них рассчитывали командиры в будущем, как на дежурных радистов.

Так, что татары постепенно привыкали к неволе, вернее, новым условиям работы. Наглядный пример был перед глазами, четыре сотни ушедших к Белому морю бойцов. Многие ждали от них вестей, чтобы решить для себя, наниматься в дружину или остаться работать в мастерских. Работа интересная, более того, магаданцы не скрывали, что после пяти лет бесплатной работы всем рабочим начнут платить, разрешат ставить свой дом и жениться.

Большинство пленников были выходцами из беднейших улусов, для них жизнь в плену стала сказкой. А возможность всего за пять лет получить профессию и зарабатывать, на фоне того, что в кочевьях помощники у кузнеца работали в худших условиях по семь-десять лет, пока не получали право самостоятельной работы, смотрелась истинной благодатью.