Обратной дороги нет

Но не прошло и получаса, как к гарцевавшему на виду магаданцев шведскому отряду рысью подошло подкрепление. Ещё полчаса ушли, чтобы на узком участке дороги сгрудились почти все пять сотен шведской кавалерии. Дружинники отлично видели, как командиры шведов нервно переговаривались друг с другом, пока не собрались все вместе, спешились и приступили к совещанию. Видимо, кавалеристы везде похожи, совещались шведы недолго, уже через пять минут заиграли горны, отряды стали выстраиваться для атаки. Широкого фронта атаки на этом участке дороги не получилось, командиры шведских отрядов ругались между собой, спорили, но наконец, выстроились в две очереди.

Два отряда будут атаковать сразу, одновременно, по всей ширине лощины, около полусотни метров, за ними пойдут остальные, как получится.

Ещё раз прозвенели трубы, и шведы рысью двинулись на две маленькие пушки. Стрелять оба орудия стали с отметки двести метров, сначала залпом, потом по готовности беглый огонь. После первого выстрела, выкосившего два десятка передовых всадников, выжившие кавалеристы лишь пришпорили коней, переходя в галоп.

Они не сомневались, что второго залпа не последует, двести метров всадники пройдут за пятнадцать-двадцать секунд, ни одну пушку так быстро не зарядить. Однако уже через пару секунд картечь ударила в неуспевших разогнаться шведов, вынося новые жертвы. Потом ещё выстрел, ещё, под шумом выстрелов и азартом атаки шведы не успевали сориентироваться в меняющейся картине боя.

Максимум, что успевали подумать атакующие всадники, это о наличии у врага двух-трёх замаскированных орудий, но даже десяток пушек не остановят конную атаку полутысячи сабель.

Возможно, именно такая уверенность успевала мелькнуть в мозгах шведов, не переставших разгоняться для атаки. Пусть с потерями, но враги будут растоптаны доблестной конницей. И шведская кавалерия постепенно приближалась к позициям пушкарей, несмотря на непрерывную стрельбу и падающих всадников. Снег давно окрасился в чёрно-красный цвет разорванных тел и крови. Раненые и убитые лошади падали, ржали, пытались встать, сбивая несущихся во весь опор кавалеристов. Крики, выстрелы, звуки горна и стоны смертельно раненных людей и животных создавали на поле ужасную неразбериху. Два орудия били непрерывно, наводчики едва успевали поправлять прицелы.

Однако вражеские кавалеристы продолжали подбираться всё ближе и ближе к пушкам, несущим смерть. Сзади на передовую линию атакующих шведов напирали следующие ряды кавалеристов, не понимающих, в чём заминка.