Обратной дороги нет

Тогда, предложили англичане, можно взять хорошую добычу в Средиземном море, у венецианских или турецких торговцев, но это опасно, море не Атлантика, можно и самим попасть в руки тем же туркам или алжирским пиратам. Эти познавательные допросы прервали сообщения от офицеров связи при армии Шеттингофа, неприятные сообщения.

Шведы весной 1577 года попытались дать сражение войскам Стефана Батория; слава богу, генерал догадался подстраховаться и встретил врага под стенами укреплённой крепости Вильны, где шведы зимовали.

И, как чувствовал, объединённая польская армия вместе с запорожцами смогла если не разбить, то основательно потрепать шведов, используя своё трёхкратное превышение в численности. После тяжёлого кровопролитного сражения, продолжавшегося целый день, шведы вынуждены были отступить в крепость. Поляки, несмотря на огромные потери, остались в численном большинстве и приступили к планомерной осаде Вильны. Такой поворот событий требовал срочного вмешательства, Пётр приступил к консультациям с Николаем.

После двухдневных переговоров магаданского посла со шведскими генералами и лично королём Юханом шведы принялись готовить высылку подкрепления для армии Шеттингофа. Они смогли собрать и вооружить за зиму восемь тысяч солдат, которых через месяц начнут переправлять в рижский порт. Оттуда до осаждённой поляками Вильны ближе всего, но этот месяц армия Шеттингофа должна ещё продержаться. Собственно, за шведскую армию Головлёв не переживал, но в ней находились офицеры связи магаданцев.

Их судьба, как и сохранность раций, очень тревожила подполковника. Нужен был отвлекающий поляков манёвр, чтобы Баторий ослабил или совсем снял осаду Вильны. Пётр посчитал рейд магаданского отряда по тылам врага неплохим отвлекающим манёвром. Тем более что военные действия шли в непосредственной близости от границ Западного Магадана.

Для этой цели он выбрал четыре полка магаданцев, полностью переодетых в новую полевую форму, с батареей из десяти орудий.

Остальные войска остались оборонять Королевец, а Петро воспользовался возможностью обучить войска непривычной для шестнадцатого века тактике. Да и показать на деле солдатам и офицерам, как хороша новая форма в бою. Ускоренный марш хорошо подготовленных здоровых бойцов на расстояние в двести с лишним километров, от Королевца до Гродно, удалось провести всего за четыре дня.